Изобразив раскаяние мы решили не откладывать это дело в долгий ящик и отправились в кабинет начальника службы безопасности. Стоя напротив двери с надписью «Начальник СБ, Павел Константинович Ставров», Емеля предложил мне идти первым.
- Ал, я на секунду в туалет – извинился он: - Что-то съел на выходных вот и крутит живот почти с самого утра.
Развернувшись ко мне спиной Емеля посеменил к виднеющемуся в конце коридора двери с надписью «М». Усмехнувшись про себя и пожелав коллеге приятного времяпрепровождения, я выслушал аналогичные пожелания от него и с чувством полного удовлетворения вошел в кабинет Ставра.
- Доброе утро Павел Константинович – поприветствовал я начальника СБ.
Сидящий за столом мужчина оторвал свой взгляд от монитора компьютера и узнав меня, кивком попросил присаживаться на стул, стоящий напротив него. Кое как устроившись на этом допотопном монстре еще Советского производства, я бегло осмотрел Ставра и его кабинет.
Каждый раз встречая Павла Константиновича приходилось тратить несколько секунд на его идентификацию. Имея крайне незапоминающиеся черты лица, серые глаза, лысину на всю голову и небольшие уши, Ставр не давал возможности запомнить себя. Ростом хозяин кабинета был так же среднего, не превышая 165 сантиметров и встретив его в метро я почти со сто процентной вероятностью не узнал бы его, даже если бы он стоял на расстоянии вытянутой руки от меня.
Кабинет был под стать хозяину, пластиковые жалюзи на окнах создавали приглушенный свет, в результате чего все предметы слегка размывались теряя очертание и тонули в сером свете. Небольшой шкаф стоящий прямо у входа, соседствовал с закрытым навесным стеллажом. Кроме этого в кабинете из мебели присутствовала небольшая тумбочка с установленным принтером на нем и маленький холодильник. Прямо у окна, почти задевая жалюзи был установлен стол из серого пластика, за которым работал Павел Константинович.
- Приветствую Альберт – проговорил Ставр, дав мне время на адаптацию в его кабинете.
- Павел Константинович, я по поводу документов – слегка запутался я так как в этот момент начальник СБ перевел свой взгляд на меня, и я потерял мысль: - В общем Марина сказала, что мы начинаем работать над новым проектом и одно из требований заказчика заключается в конфиденциальности. Вот собственно по этой причине я к вам и пришел.
Утвердительно кивнув головой, Ставр передал мне лежащую на столе папку в полупрозрачном синем пластике со словами: - Ознакомься и подпиши.
После чего он встал и обойдя стол направился к холодильнику, достав из него початый пакет томатного сока.
Решив закончить как можно быстрее я быстро просмотрел документы. Ничего выдающегося либо настораживающего в них не было, стандартный документ о неразглашении информации при работе над проектом и спустя три года после его завершения.
Единственное за что зацепился мой взгляд, были два пункта. Первый указывал на достаточно высокие страховые премии. Что собственно могло трактоваться двояко, с одной стороны это конечно хорошо, что заказчик беспокоится о том, чтобы исполнители были кровно заинтересованы в нераспространении результатов работы над этим проектом, но с другой косвенно указывало на возможность повышенного травматизма. Что естественно не улучшило моего настроения. Решив не заострять на этом внимание, я просто сделал себе пометку в уме – быть предельно аккуратным.
Вторым удивившим меня пунктом был так называемый юридический кнут. В случае вольного либо невольного разглашения информации о проекте, последствия были катастрофические. Мало того, что сотрудник соглашался выплатить огромную неустойку как заказчику, так и тех лаборатории, так затем шло уголовное преследование. При этом данный пункт трактовался однозначно.
Видимо мое удивление отразилось на лице и Ставр, следивший за мной стоя у окна, прихлебывая томатный сок из стакана, решил прокомментировать его.
- Альберт у нас серьезная компания и серьезный заказчик – слегка выделив интонацией последнее, проговорил он: - Так что все сотрудники которые работают и будут работать над этим проектом имеют в своем контракте аналогичный пункт. Безопасность превыше всего. Я надеюсь вы меня понимаете?
- Да конечно Павел Константинович. – спорить с начальником СБ было контрпродуктивно как для дальнейшей карьеры, так и для собственной шкуры. Что он недвусмысленно дал только что понять. Взвесив все за и против, я махнул рукой и смело подписал документы, решив, что хуже быть не может, а ради меня одного компания менять стандартный документ не будет.