Вооружение Степашки составляли почти десятисантиметровые когти, пасть почти в два ряда усеянная острейшими зубами и хвост который при необходимости мог раздваиваться и изгибаясь под любым углом нанести одновременно два укола в разные части тела.
Помимо прочего шкура собаки состояла из поставленных на ребро мелких, размером с ноготь костяных чешуек, которые в обычном состоянии топорщились и были полностью скрыты выбивающейся из-под них шерстью. В состоянии агрессии, под воздействием мышечных сокращений чешуйки опускались друг на друга, создавая своего рода костяную броню. Шерсть же наоборот втягивалась в имеющиеся небольшие впадины под каждой чешуйкой, создавая своего рода дополнительную защиту, наподобие войлока.
Зубы, как и когти были отдельной песней, так как были они очень крепкими и твердыми. Тут пришлось использовать имеющуюся сталь прочностью Х100. Уж не знаю откуда такая оказалась на прилавке в магазине, но теперь это не важно.
Обоняние Степашки потрясало даже меня, так как при испытаниях собака «видела» используя только нюх все в радиусе пары километров.
Дополнительно собака могла ощущать магию. Уж как это работает и самое главное, как мне это удалось создать я, так и не понял. Просто в один момент на меня нашло озарение, и я используя доступные мне силы внес изменения еще в формирующегося щенка. Потом озарение ушло, а я провалявшись пару часов в бессознании из-за жуткого перенапряжения созерцал результаты своей работы.
В общем Степашка получился очень неплох. Но вот его ехидный и вредный характер, вкупе с прожорливостью просто доводили меня до исступления. А если добавить к этому, то что он питался не только продуктами, но и магией заставляли меня резко развивать свои внутренние резервы.
Пройдя в коридор я остановился напротив зеркала. «Да, надо бы привести себя в порядок» - подумал я глядя на свое отражение в нем. Бледный, исхудавший практически до состояния скелета, с горячим сумасшествием взглядом – вот что я увидел в отражении.
Через час после посещения ванны, я наконец стал хоть немного похож на нормального человека. Неделя с начала моего появления в Сургуте пролетела практически незаметно, но я точно могу сказать, что ни единой минуты потрачено не было зря.
Теперь в квартире у меня появился защитник, который в случае чего мог дать мне необходимое время. Кроме того, я смог продвинуться достаточно далеко в освоении своих навыков.
Если подходить строго научно, то у меня было несколько теорий о магии. Но все мои умозаключения в конечном итоге сходились в одном: магия есть. Вот как-то так. Конкретно у меня видимо в связи с предрасположенностью, а может просто по складу характера практически не развивались «атакующие» умения. Ну не нравилось мне швыряться молниями, огненными шарами или кусками земли. Все-таки технический склад характера давал о себе знать и как только я пытался представить сгусток высокотемпературной плазмы удерживаемое только магнитным полем – мне сразу плохело. А уж чтобы представить и прочувствовать его движение, то тут мой аналитический ум пасовал.
А вот из навыков, с которыми мог в достаточной мере осознанно работать, я выделил несколько направлений. Первое из них было работа с материей. Более просто и сподручно мне было работать с неживой материей, а это все что нас окружало и было хоть чуть-чуть, но плотнее воздуха. В этой стезе мне особо удавалось создание амулетов. Если по-простому, то я вкладывал в тот или иной предмет часть своей магии.
Как мне не хотелось, но пришлось ввести в обиход это слово. Причина была проста, все знания которыми я обладал оперировали простыми понятиями, такими как энергия, градиент и прочее, и прочее. Но как назвать энергию, которая имеет свою хоть и примитивную волю, направленность и как не прискорбно было осознать мне и свое желание? Вот к примеру, один из моих экспериментов. Опробовав применение магии на живых растениях еще в Москве, теперь я занялся углублением полученных навыков, то ускоряя рост растений, то замедляя его. То давая установку на постепенный рост растения, то на его замедление. А к концу цикла экспериментов так я еще занимался не только скрещиванием, селективной работой, но и приданием растениям не свойственных им органам. Чего стоит кактус способный стрелять своими колючками.