Когда сон всё-таки одолел его, он оказался в странном месте. Перед ним стояло большое зеркало, возвышавшееся в полной темноте. Он не мог понять, где находится, но тьма вокруг казалась живой. На гранях зеркала отражались силуэты, которые двигались независимо, будто перетекая.
Райд шагнул ближе и увидел своё отражение. Чем дольше он смотрел, тем больше мелких изменений замечал: глаза в зеркале были чуть глубже, улыбка — слишком натянутой.
Пальцы отражения дёрнулись, фигура наклонилась вперёд, будто пытаясь разглядеть его. Затем отражение бросилось на зеркало — с громким скрежетом било по стеклу головой и руками. Движения были резкими, неестественными, полными агрессии и безумия. Оно билось вновь и вновь, на поверхности проступали трещины, из которых текла чёрная жидкость.
Улыбка на лице отражения становилась всё шире, растягиваясь, разрывая кожу и оголяя кости челюсти. Оно смотрело как сумасшедший убийца. Каждый изгиб улыбки сопровождался тошнотворным звуком ломающихся костей. В темноте раздались крики и шёпоты, от которых воздух словно застыл.
Райд пытался отойти назад, но ноги стали будто ватными. Пристально глядя на зеркало, он заметил, как трещины покрыли всю поверхность. Отражение с глухим, безумным рывком пробило стекло. Рука схватила Райда за горло, заострённые пальцы впились в кожу, оставляя болезненные ожоги. Отражение омерзительно хрипло засмеялось — звук разнёсся эхом.
Мир вокруг рассыпался, как разбитое зеркало. Райд почувствовал, как что-то тянет его тело во тьму. Крик, который он не мог издать, эхом разорвал пустоту. Тело падало сквозь бесконечную бездну, пока багровый свет в осколках не прорезал мрак и не заставил его открыть глаза.
Райд попытался шевелиться, но тело словно прилипло к месту. Земля под ним была тёплой, мягкой, будто состояла из плоти. Вонь гниения окутывала его, обжигая ноздри. Ноги по щиколотку утопали в чёрной жиже, которая пульсировала, словно живая. Вдалеке слышались низкие, утробные стоны — будто сама земля кричала.
— Где я? — выдохнул он, но голос затерялся в густом, вязком воздухе.
Всё вокруг было покрыто костями. Внезапно позади послышался шорох. Райд обернулся — ничего, только плотный туман, как стена.
Но чувство, что за ним наблюдают, становилось всё сильнее. Из тумана выступила фигура — высокая, с перекошенными конечностями и светящимися красными глазами.
Райд замер. Дыхание сбилось в истеричном ритме, сердце стучало так громко, что готово было разорвать грудную клетку. То, что вышло из тумана, было неестественно изогнуто. Конечности двигались с хрустом, будто суставы выворачивало с каждым шагом. Голова и глаза дёргались рывками, словно ища добычу.
Каждый шаг сопровождался влажным, чавкающим звуком — монстр шагал по трясине, пропитанной кровью.
Алые глаза пылали, пульсируя и прожигая пространство. Они пронзали Райда, наполняя душу ужасом. Из глотки чудовища доносился низкий хрипящий гул, вибрация которого отдавалась в его костях. Запах гнили стал таким плотным, что хотелось зажать нос.
Райд пытался закричать, но из горла вырвался лишь сдавленный хрип — воздух отказывался выходить.
— Что тебе нужно?! — голос сорвался, превратившись в визг.
Ответа не последовало. Оно продолжало приближаться медленно, словно наслаждаясь страхом.
Губы изогнулись в кривой, уродливой улыбке, обнажив ряды острых зубов, похожих на клинки. Затем оно вытянуло длинную иссохшую руку — пальцы шевелились, будто переламывались. Тишину разорвал отвратительный звук: смесь крика и истеричного смеха, от которого заложило уши.
Райд почувствовал, как ноги подгибаются от ужаса. Он упал на колени в вязкую субстанцию. Липкая холодная жижа начала ползти вверх по ногам, обвивая их словно живое.
— Это сон, это не может быть реальностью! — отчаянно повторял он про себя.
Но угроза становилась всё реальнее. С каждым вдохом лёгкие наполнялись мерзким смрадом, голова кружилась.
Фигура сорвалась с места. Движения были хаотичными, как у существа без разума, но смертоносно точными. Оно бросилось к нему с ужасающей скоростью, оставляя густой едкий дым. В последний момент Райд рухнул набок — когти пронеслись мимо.
Тело затряслось от неконтролируемого ужаса. Он попытался подняться, но ноги не слушались. Существо остановилось. Алые глаза горели хищным взором, из тела исходил дым, живший собственной жизнью. Чёрные щупальца извивались и тянулись к нему, как ядовитые змеи. На земле оставались тёмные высохшие следы — почва под ним умирала.