Сильва остановился перед массивным строением, которое Райд не ожидал увидеть. Его окружал высокий забор из сплетённых костей. Они источали слабое свечение, а в воздухе витал тяжёлый запах гнили. Сама конструкция выглядела чужеродной даже для этого мира.
Райд замер в тени, чувствуя, как его сердце сжимается от напряжения. Сильва подошёл ближе, свистнул четыре раза и ударил по воротам. Кто-то осторожно открыл тяжёлую, скрипящую створку в заборе. Её звук разорвал тишину. Он огляделся, словно проверяя, не следит ли кто-нибудь за ним, и вошел внутрь.
Ужасные награды
Зрение возвращалось к Райду медленно. Боль в груди была невыносимой, каждое движение отдавалось острыми вспышками ломоты. Огромная кость, на которую он напоролся, держала его тело, словно шампур. Он попытался пошевелиться, но мышцы обмякли. Собрав всю волю, Райд схватился руками в выступы шипа и с отчаянным стоном стал сползать с него. Каждое движение вызывало новую жесточайшую волну боли, но, наконец, его тело рухнуло на землю.
Он задыхался, а зрение размывалось от слабости. Райд посмотрел на табличку и жетон, лежащие неподалёку. Собрав остатки сил, Райд дотянулся до них и крепко сжал в руках.
Оглядевшись, он увидел руины, которые могли послужить убежищем. Райд начал медленно ползти, руки дрожали, а каждый камень под ним казался острыми, как осколки разбитого стекла. Путь был мучительным, но мысль о том, что он может найти укрытие, толкала его вперёд.
Как только ему показалось, что он спасён, перед ним возникла фигура. Смотритель — олицетворение самой смерти. Его глаза были холодными и пустыми, а голос звучал с металлическим оттенком, вызывая дрожь у Райда.
— Тебе запрещено приближаться, — произнёс Смотритель, его слова прозвучали как приговор. — Ты нарушишь правила, если продолжишь.
Райд замер, ощущая, как бессилие сковывает его. Взгляд Смотрителя опустился на жетон, который Райд держал в руке. Существо чуть наклонилось вперед, будто осматривая предмет с нового ракурса.
— У тебя есть пропуск, — сказал он, указав рукой на горизонт, где виднелись массивные ворота. — За ними зона восстановления. Там ты можешь залечить раны. Но помни — ворота находятся на границе зоны в которую падшим нельзя. Нарушишь правила — умрёшь.
Слова Смотрителя прозвучали как смесь угрозы и указания. Райд кивнул, даже не осознавая, понимает ли он, что делает. Смотритель исчез так же внезапно, как появился, оставив после себя лишь дрожь в воздухе.
Райд собрался с силами и начал ползти к указанному месту. Каждый метр давался с огромным трудом, путь казался бесконечным. Боль в теле продолжала напоминать о себе, но нечто внутри — возможно, камень силы, который он поглотил — придавало ему необычайную для человека стойкость. Его раны кровоточили, но не так, как должны были, а сознание, несмотря на абсолютное истощение, не угасло.
Красный свет сферы освещал путь, придавая пейзажу вид кроваво-красного заката. Ворота, которые сначала казались недосягаемыми, становились всё ближе. Каждое движение казалось подвигом, но Райд продолжал. Он осознавал, что это его последний шанс. Даже когда руки полностью забились от усталости, он продолжал двигаться вперёд.
Когда ворота оказались на расстоянии пары метров, он ощутил, как силы окончательно покидают его. Тело уже отказало. Последним рывком Райд дополз до массивной конструкции и, упал без единой возможности двигаться дальше.
Он медленно достал жетон, руки всё ещё дрожали от изнеможения. Как только жетон оказался перед воротами, они вспыхнули синим светом, ослепив его на мгновение. Свечение затопило всё вокруг, и Райд почувствовал, как его затягивает внутрь, словно невидимая сила охватила его и перенесла. Он закрыл глаза, чувствуя, как всё вокруг меняется.
Когда он открыл их снова, перед ним предстала совершенно иная картина. Высокие деревья с чёрной, обугленной корой тянулись в небо, их голые ветви были изогнуты в причудливых формах. На деревьях росли ярко-жёлтые фрукты, излучающие мягкий свет, который совсем немного освещал кроны. Райд с трудом поднялся на ноги, чувствуя приток сил и оглядываясь вокруг. Внизу, небольшого склона, было видно озёра, их поверхность была гладкой, как зеркало, отражая небо, похожее на сумрачный пейзаж из его родного мира.
Хромая он шел. Трава под ногами выглядела странно: поверхность напоминала камень, когда Райд осторожно ступил на неё, растение раскрошилось, как хрупкий заледенелый снег. Идти было невыносимо тяжело, каждый его шаг оставлял после себя осколки серой травы.