— Зря ты поднялась, малышка, — прорычал Риз.
Джин даже не потрудилась ответить. Слова, в отличие от кулаков, не причиняют боли. Устав обороняться, Джин пошла в нападение. Сначала обманное движение рукой, затем удар ногой в плечо. Риз стойко выдержал ее атаку, даже не попятившись. Джин замахнулась второй раз, целясь выше. На сей раз противник отбил ее ногу, и девушка потеряла равновесие. Воспользовавшись моментом, Риз с силой толкнул Джин, которая снова упала на землю. Но на этот раз Таллент уже не поверил, что вывел ее из игры. Он навалился сверху, сильно и больно прижав коленями к земле. Воздух со свистом покинул легкие Джин. Риз улыбался.
Руки девушки оставались свободными, но Риз придавил ее так основательно, что у Джин не было ни единой возможности столкнуть его или выпутаться из положения как-то иначе. Парень улыбнулся... а затем его глаза превратились в узкие щелки. Он наклонился к лицу Джин так близко, что на какой-то ужасающий момент девушка испугалась, что он собирается ее поцеловать, — но вместо этого Риз дернул за кожаный ремешок на ее шее, срывая кулон с кайбер-кристаллом.
— Ты гонял нас через пол-Галактики в поисках таких штук, — закричал он, обращаясь к Со, — а твоя малявка носит один у себя на шее? Что за игры ты ведешь? — Таллент помахал кулоном перед носом у Джин и рассмеялся, когда она вздрогнула.
Губы Джин шевельнулись. Риз настолько сосредоточился на них, что даже не заметил, как пальцы девушки сомкнулись вокруг большого булыжника.
— Что ты сказала, малявка? — спросил Риз, наклоняясь ближе.
— Я сказала, — ровным голосом произнесла Джин, — что он мамин.
И, воспользовавшись тем, что голова Риза была так близко, Джин ударила его камнем в висок. Оглушенный парень повалился на землю, а Джин вскочила на ноги и яростно пнула его в живот.
Таллент, застонав, откатился в сторону, затем поднялся на ноги.
Не сводя глаз с противника, Джин выронила камень.
— Это... — начал было Риз.
— Нечестно? — перебила его Джин. — А я и не знала, что у нас были какие-то правила.
Она пошла обратно к базе, а бойцы Риза окружили своего товарища. Когда девушка проходила мимо, Со тихо, так, чтобы никто, кроме нее, не услышал, прошептал:
— Отличная острая палка.
***
Джин не выходила из своей комнаты, пока вечером Риз и его подручные не улетели.
Со постучался к ней, сигнализируя, что Таллента больше нет. Открыв дверь, Джин увидела в руках своего наставника кусок ткани темно-болотного цвета.
— Это еще что? — спросила она.
— Это тебе. — Со повязал ткань вокруг шеи девушки. — Хочу, чтобы отныне ты его носила.
Воспитанница потянула за прочный, карбонохлопковый шарф.
— Зачем?
Геррера опустил глаза:
— Я понимаю, что ты ни за что не снимешь этот кулон. Понимаю, что он для тебя значит. Но Джин... — Он наконец посмотрел ей в глаза. — Нельзя, чтобы кто-то еще его увидел. Может, Гален и работал с кайбер-кристаллами, но они очень редкие. У тебя есть кристалл, а учитывая, что я о них расспрашивал...— Хозяин аванпоста провел рукой по своей лысой голове. — Это небезопасно. Нельзя, чтобы другие выяснили, кто ты такая и кто твой отец.
— Риз работает на тебя, — мягко напомнила Джин.
— Риз работает ради денег, — возразил Со. — И найдутся те, кто заплатит ему куда больше меня, если он прознает, что ты дочь Галена Эрсо.
Джин потянула шарф вниз, прикрывая шею и грудь. Она внезапно почувствовала себя очень уязвимой.
— Он видел его, — произнесла девочка, — и понял, что это кайбер-кристалл. «А я сказала ему, что это подарок от мамы», — мысленно добавила она, но не стала говорить это вслух. Она не хотела, чтобы Со узнал, какая же она дура, подарившая Ризу еще один ключик к разгадке тайны своей личности.
— И он в курсе, что я очень интересуюсь работой Галена и пытаюсь выяснить, что же он делает для Империи, — заключил Геррера. — Но Риз туповат, так что сомневаюсь, что он запомнит что-то из сегодняшнего дня, не считая того, как лихо ты его отделала. И все же... — добавил он, поправляя новый шарф, — на всякий случай.
Девушка прижала ткань к груди:
— На всякий случай.
— Зосед со своими пока еще здесь. Мы планируем следующую вылазку. — Джин заинтересовалась нетерпеливыми нотками, прозвучавшими в голосе Со. — Хочешь присоединиться? — добавил мужчина, улыбаясь.
У девушки округлились глаза. Прежде Со никогда — ни единого раза — не позволял ей поучаствовать в своих вылазках. Поначалу он просто игнорировал мольбы, а затем вообще запретил даже заикаться об этом.