— А где бы ты хотела остановиться, Джин? — вежливо уточнила та.
Девушка пожала плечами.
— Без разницы, — ответила она, — я могла бы... остаться на корабле?
Хаддер открыл было рот, но мать не дала сказать ему ни слова.
— Могла бы. Но хочешь ли? Ты можешь остаться здесь.
Взгляд Джин заметался по уютному домику.
— Здесь?
Акшайя одними глазами задала Хаддеру немой вопрос.
— Ты же знаешь, мне все равно, — ответил он.
Женщина кивнула, словно приняла некое решение.
— Можешь остановиться в комнате Танит, — предложила она.
Дом Акшайи был совсем не велик, и спальня, которую предложила хозяйка, оказалась не намного просторнее выделенной девушке на фрахтовике каюты. Джин заподозрила, что раньше комната была частью гостиной, а выбеленная белой краской стена появилась здесь не так давно. В небольшой спаленке кое-как разместились кровать, маленькая полка с деревянной шкатулкой, ваза с сухими цветами и всякая мелочовка. По сравнению с украшенными яркими узорами соседними комнатами эта часть дома казалась пустой и безжизненной.
— Живи здесь, сколько пожелаешь, — великодушно разрешила Акшайя.
Джин кивнула. Она не до конца доверяла новой знакомой, но девушка не горела желанием возвращаться к жизни в бегах и одиночеству.
— Я прямо за стенкой, — сообщил Хаддер, указывая на побеленную перегородку.
Джин бросила рюкзак с вещами на пол.
— Значит, решено, — постановила Акшайя и обратилась к сыну: — Ужин готов? Умираю с голода.
— Ну, я приготовил банн, — ответил парень. Джин понятия не имела, что это такое. — Но у нас же новый жилец! Это нужно отметить!
Хаддер потащил Акшайю с Джин к входной двери. Женщина рассмеялась:
— Любой повод, лишь бы не есть дома, да?
Выйдя на улицу, Джин обернулась и заметила, что Акшайя не стала запирать дверь. Задумавшись, девушка вспомнила, что и корабль тоже остался нараспашку. Даже когда на Рее не было никого, кроме них, Со всегда все хранил под замком.
Закат растворился в ночи, на главной улице стало куда меньше народу, но она все равно оставалась хорошо освещенной. Те, кто жил в самом городе, сидели возле своих домов и болтали с соседями. Некоторые приветливо махали Акшайе или Хаддеру. Из-за того что спутники Джин всякий раз останавливались и обменивались со знакомыми последними новостями, дорога до закусочной заняла вдвое больше времени, чем могла бы. Большинство местных с любопытством посматривали на девушку, но Акшайя игнорировала многозначительные взгляды и осторожные вопросы.
— Твое появление — самое интересное, что случалось в городе за последние годы, — тихо сообщил Хаддер, толкая дверь закусочной.
На удивление просторное помещение оказалось забито посетителями.
— На другом конце расположена обогатительная фабрика, — пояснила Акшайя, заметив озадаченность девушки.
Джин вспомнила, что видела здание, похожее на фабрику. Все логично. Акшайя привозила сюда небольшие партии руды, поставляла их на обогатительный завод, а затем продавала обогащенное сырье на промышленные планеты. Эта часть Внешнего Кольца соседствовала с кое-какими динамично развивающимися мирами Среднего Кольца, и торговля процветала.
— Сколько же здесь представителей разнообразных рас, — заметила Джин, усевшись рядом с Хаддером за столик неподалеку от барной стойки.
Девушка огляделась по сторонам. Драбатанец громко смеялся, рассказывая какую-то историю сайранцу. В углу переговаривалась группа неприветливых винроков. Владельцем заведения был чагрианин, чья пестрая синяя кожа цветом напоминала местное небо. Заметив, что Джин разглядывает его летроги, инородец показал ей подрагивающий черный язык и подмигнул, лишь стоило девушке улыбнуться.
Акшайя заказала еду, которую подали прямо на стол. Липкое, исходящее паром зерно составляло основу всех блюд, среди которых оказались горячие клецки в бледно-коричневом бульоне и густая клейкая лапша, обжаренная в масле вместе с крупно нашинкованными зелеными овощами. Джин с жадным чавканьем набросилась на еду, и Хаддер со смехом сделал то же самое.
Это был настолько уютный и умиротворяющий момент, что девушка даже рискнула поверить, будто он продлится и дальше.
Над баром висел старомодный экран, по которому транслировались новости. Джин шуточно боролась с Хаддером за четвертую — и последнюю — засахаренную клецку, когда кто-то вдруг крикнул:
— Эй, смотрите!
Практически все посетители повернулись к экрану, а хозяин закусочной прибавил звук.