— Да? — спросила Джин, всем своим видом излучая невинность и держа руки подальше от оружия.
— Я не могла не заметить, что вы здесь уже довольно давно. Ждете кого-то?
— Эм... — Пожалуй, в данной ситуации честность сработала бы лучше всего. Кого-то по имени Понта разыскивали публично, так что ничего страшного не случится, если Джин прямо так и скажет. — Я увидела в Голоновостях, что кто-то по имени Понта должен явиться сюда.
Лицо женщины просияло.
— Танит Понта? Это вы?
Вся надежда Джин на возвращение Хаддера и Акшайи мигом улетучилась. Девушка совсем забыла, что при посадке назвалась их именем. Разыскивали ее.
— Да, — настороженно ответила Джин. Она слишком устала, чтобы лгать.
— Какая удача! — воскликнула офицер.
Джин одарила ее вопросительным взглядом.
— Именно я вас и искала. — Женщина сделала приглашающий жест, и у Джин не осталось иного выбора, кроме как проследовать за офицером в ее кабинет.
«Как же глупо, глупо, глупо», — корила себя девушка. Империи было достаточно просто упомянуть ее псевдоним, и она сама прибежала на зов. Со удар бы хватил, услышь он, как по-идиотски его воспитанница попалась на имперский крючок.
Кабинет, в который женщина провела Джин, оказался довольно просторным. В нем было окно, смотревшее в бескрайнюю пустоту космоса. Прямо по центру этого обзорного экрана сияла яркая звезда, и гостья предположила, что это одна из местных планет.
— Да, мне повезло, — произнесла женщина, проследив за взглядом Джин. — Я понимаю, почему на главном уровне станции нет иллюминаторов, но мне кажется, что это действует угнетающе, вы не находите?
Джин уклончиво пожала плечами.
— Танит Понта, — продолжила офицер, просматривая данные на своем инфопланшете, — меня зовут коммандер Лака Соланж.
— Зачем вы меня искали? — спросила Джин.
Она чувствовала себя полной дурой, отчего злилась лишь сильнее. Тем более она разговаривала с имперским офицером, а в такие моменты ей всегда хотелось кого-нибудь ударить.
— Вы прибыли на станцию на межпланетном хоппере «Понта-два», верно?
Джин коротко кивнула — отрицать это было бессмысленно. Вся информация находилась в публичном доступе.
— Этот корабль сочли не подлежащим ремонту и отправили на металлолом. Но прежде чем такие суда попадают в утиль, я их инспектирую. Это одна из моих обязанностей здесь, на станции.
— А я и не знала, что Империя ведет тут какие-то официальные дела, — призналась Джин. И это тоже было правдой. Знай она, что здесь заправляют имперцы, ни в жизнь бы сюда не сунулась.
— Империя, — заявила Соланж, — повсюду.
Эту ремарку девушка предпочла проигнорировать.
— Осматривая останки твоего корабля, — продолжила коммандер, — я не могла не заметить, что некоторые детали выглядят не вполне аутентичными. Менее добросердечный офицер мог бы даже назвать идентификационные коды и лицензии твоего корабля подделкой.
Джин ждала, к ее внутреннему гневу теперь примешался страх.
— Не могла бы ты сказать мне, кто внес эти... изменения? — спросила Соланж, наконец-то опускаясь в кресло напротив девушки.
— Нет, — отрезала Джин. Чем меньше она скажет, тем лучше.
Коммандер прищурилась.
— Какая жалость, — сказала она, — видишь ли, кто-то, обладающий подобными навыками, очень бы мне пригодился. Но раз уж ты не можешь мне помочь, придется арестовать тебя за владение поддельными документами.
Джин резко повернула голову. Соланж держала в руках комлинк, но пока еще не включила его. Она ждала. Она знала.
— А если это была я? — поинтересовалась девушка.
— Тогда я с радостью отправлю твой корабль в утиль и забуду обо всем, что видела на борту.
— В обмен на что? — уточнила Джин. Такие услуги никогда не оказывались за спасибо.
Соланж наклонилась к девушке, оценивающе ее разглядывая.
— Я видела записи твоего прибытия, — наконец сказала она. — Должна признать, я подозревала, что у тебя хватит навыков подделать подобные документы. Они отменно сфабрикованы. Конечно, кое-что устарело. Империя не стоит на месте и следит за вами, мошенниками. Но документы все равно на высоте. А ты кажешься мне довольно юной.
Лишь спустя пару мгновений Джин вспомнила свой возраст и с удивлением поняла, что пропустила собственный день рождения. Восемнадцать лет. Казалось бы, нет ничего проще, чем считать прожитые годы, а она взяла и преспокойненько об этом забыла.
— Но я следила за тобой. Не лично, конечно. — Соланж взмахнула рукой, заметив удивленное выражение на лице собеседницы. — Я просматривала записи с камер наблюдения. Ты умеешь постоять за себя и кажешься достаточно... бойкой, чтобы выполнить то, что мне от тебя нужно.