— Почему я еще жив? — тут же взял он быка за рога.
— Все просто — сейчас ты больше не представляешь для меня угрозы. — Я помахал перед лицом шамана его же бубном. — Узнаешь? Думаю, тебе известно, что делает этот набор рун… — Орк затравленно кивнул. — А ты молодчина — не кричишь, не требуешь, не угрожаешь… Идеальный собеседник.
— Чего ты от меня хочешь?
— Многого, — пожал я плечами. — Во-первых, ты поможешь мне в одном деликатном деле. Но о нем позже. Во-вторых, мне нужен учитель, который поможет разобраться в премудростях магии. А то я сам в этом — профан… — Рунг недоверчиво на меня посмотрел. Я хмыкнул. — Не удивляйся ты так. Я действительно плохо разбираюсь в магии. Все, что я знаю и умею, — почерпнул из книг. А этого мало…
— Угу… А как же это? — Он указал на останки тел.
— Всего одно зелье и знания того места, откуда я пришел, — пожал я плечами. — А потому я еще раз повторю: мне нужен учитель.
— Хорошо, — кивнул он, но все-таки спросил: — Но почему ты думаешь, что я не попытаюсь тебя обмануть?
— Тому две причины. Первая — как ты догадываешься, бубен. Мне ведь стоит пожелать — и он будет уничтожен, тем самым освободив заключенных в себе духов. Думаю, они, в отличие от тебя, будут рады пообщаться с тобой. Вторая — ты принесешь мне Клятву на Крови. Хм… А еще есть третья: лучше быть на стороне победителя. И к тому же эти орудия — лишь малая часть того, что хранится в моей голове… — Я лишь умолчал, что для создания большинства тех приспособлений, с которыми я знаком, необходимы высокие технологии. Впрочем, магии в этом мире никто еще не отменял…
Понимая, что не отвертеться, шаман, так и не вставая со своего места, принес мне Клятву на Крови прямо здесь.
Для этого ему понадобилось самому сделать довольно глубокий разрез на своей же груди напротив сердца. После чего я приложил туда также порезанную правую ладонь. За этим шаман пробарабанил длинное заклинание на неизвестном языке, почти целиком состоящее из шипящих звуков, — я лишь успевал мысленно сверяться, правильно ли он его произносит и ничего ли не изменил в нем.
Когда он закончил, нас на мгновение окутал красный ореол, после чего на его груди появилась небольшая круглая метка в виде вертикального зрачка, видимая только нам двоим.
После того как трофеи и пушки были погружены, мы отплыли от берега на всех четырех драккарах. Позади нас пылали остатки тел орков, а также часть домов селян…
ГЛАВА 10
Расширяемся помаленьку
Драккары неспешно пристали к грубо сколоченному пирсу. На нем нас уже встречали. И выражение лиц у встречавших было далеко не радостным. А как же иначе — ведь воинов клана Огненной Горы больше не осталось. Зато возвратились все воины Ледяного Пламени. Да еще и со странным, но оттого не менее грозным оружием и человеком, который является у них шаманом. То есть со мной. А хуже всего то, что с нами прибыл и их живой шаман.
— Где мой отец, Рунг? — выступил вперед из толпы молодой орк, который еще даже не был совершеннолетним.
— Сын вождя, — шепнул мне шаман. Я прикрыл глаза, показывая, что понял.
— Отвечай! — Ой, а гонору-то в голосе сколько!
— Он погиб, — спокойно ответил я вместо Рунга.
— Я не с тобой разговариваю, человечишка… — презрительно бросил он мне.
— Прибить бы тебя за такие слова, да я с младенцами не воюю. Иди и позови старших, — не менее презрительно ответил я. Теперь ко мне было приковано всеобщее внимание.
— Да как ты смеешь?!
— Пасть закрой, — ровным тоном оборвал я его. Знаю я таких щенков — гонору много, вседозволенности еще больше из-за высокого положения. Таких надо зарывать сразу и на месте. А чтобы не вздумали показать клыки — надо сразу и навсегда отбить желание спорить. — Твой отец был бесчестным и умер соответствующей смертью. Он бежал с поля боя, за что и поплатился собственной жизнью. И я вижу, что ты не ушел от него далеко.
— Неправда! — яростно выкрикнул он в ответ.
— Пасть закрой, — в очередной раз посоветовал я. — Пока ты ничем не доказал, что достоин не то что звания вождя, а даже почетного места среди воинов. Ни честью, ни поведением. Ничем. А потому молчи.
— Да я… Да я…
— Ты-ты… — хмыкнул я. — Запомни: за воина говорят его поступки. Пока ты ничего достойного не совершил. А говорить, что ты что-то можешь… — Я покачал головой. — Пускай про тебя говорят другие. Ты же действуй. А единственный способ, чтобы про тебя говорили, и говорили как про достойного воина, а не сына труса…
— Что? — спросил растерянный моей отповедью молодой орк.