Удар всеуничтожения! — Ударил я прямо в центр водоворота, но это не слишком помогло. И я не знал, что будет дальше, продержусь ли я, сражаясь еще какое-то время, или уже сейчас все завершится. Но единственное я знал точно. Я сожгу всего себя в этом последнем бою. Ураган энергии рывком приблизился, пылая ментальным давлением, а затем начал сжигать меня.
Зафиксирована критическая травма магического источника!
Вы теряете параметр
Зафиксирована критическая травма эфирного источника
Вы теряете параметр
Зафиксирована критическая травма великого очага чакры
Вы теряете параметр
Внимание! Оценка…
Вы лишились своего тела!
За доли мгновения яростный разум, в котором я не ощущал личности, сжег дотла оба моих тела, и все энергосистемы. Казалось бы, на этом все должно было завершиться. Но нет. Четыре моих божественных души, ци, праны, воли и разума слились воедино, уплотняясь в плотный шар. И это позволило им прожить на мгновение дольше, пока водоворот энергии не выплюнул меня куда-то дальше. Но нет, здесь не было спасения. Здесь был лишь новый океан пси силы, кипящий, стремящийся уничтожить мою личность. Наполненный чужими разумами, что также желали моей смерти. И моя участь была все также предрешена. Но и сдаваться я не собирался.
Удар! — сжал я своей волей чей-то чужой разум, не зная, хватит ли меня на второй удар, или это наконец станет смертью.
ВЫ БЫЛИ ВЫЧЕРКНУТЫ ИЗ КНИГИ СУДЕБ
Глава 25
Интерлюдия. Царь горы
Интерлюдия.
Ощущения эфира стали какими-то нехорошими, но прежде чем она успела что-либо понять, абсолют взорвался мощной вспышкой пси энергии, что развернулась гигантской волной, воронкой, захлопнувшейся вокруг всех пожирателей света.
На мгновение ей показалось, что Серафим, тут же отреагировавший на угрозу, успеет уйти, но потом поток энергии схлопнулся и также стремительно утек обратно, вливаясь в кипящий абсолют и оставляя тьму бездны абсолютно пустой.
Молния! (А) — Ударила она вслед, надеясь, что хоть это сможет прервать и прорвать чудовищную атаку неожиданно пробудившегося абсолюта. Но разряд чакры лишь впился в уже захлопнувшуюся поверхность, и абсолют отозвался чудовищным порывом ярости, ударив по ней в ответ ментальным щупом. Так что и ей пришлось быстро отлетать в сторону.
Дальняя связь! — Тут же она попыталась связаться с мужем, но не ощутила его. Дальняя связь, работающая теперь даже в пределах одной солнечной системы, больше не могла найти Серафима, отчего в ее душе начала нарастать паника.
Дальняя связь! — Теперь она связалась с пожирателями и самое страшное не подтвердилось. Культ воинов света все еще существовал. А значит, ее муж был жив. Пока… Поверхность огромной сферы, изрытой атаками света, была все также непреклонна. И демоница понимала, что шансов вернуться оттуда нет. И даже несмотря на всю силу Серафима, он не смог бы противостоять той мощи, что она ощутила на краткий миг.
В разогнанном сознании роились тысячи мыслей. И паники, и сожалений о том, что она все же позволила ему ввязаться в эту авантюру, несмотря на то, что что-то все-таки ощущала в полях эфира. Еще бы на несколько минут позднее и все бы завершилось само собой, оставляя их в безопасности. Или, быть может, вместе они смогли бы прорваться через эту волну. Но она была слишком далеко. Да и сама рванула на всей скорости обратно, как только ощутила неладное.
А теперь? Она колебалась, не зная, что теперь предпринять. Впервые за долгое время она вновь ощутила мучительное ощущение неизвестности, в преддверии чего-то ужасного. Хотя уже было думала, что больше никогда не испытает чего-то подобного. Но судьба и тут не желал оставлять ее в покое.
На какой-то момент она хотела ринуться вперед, сама атакуя поверхность пси-океана, обрушивая на него всю мощь своей воли чтобы вызволить супруга. Но разум все же был сильнее. Она не будет иметь ни шанса выстоять там, где сгинули полсотни существ не слабее, а то и сильнее нее. И эта попытка не обернется ничем, кроме как собственной гибелью. А пока что. Пока что ей оставалось лишь надеяться. Больше она не могла сделать ничего! И в этот момент, как будто ей было мало обрушившегося несчастья, система вновь решила напомнить о себе и о своей безжалостности.