— Ааааааааа…
Это не был выразительный звук. Охотник подумал даже, что скорее всего звук этот не был осознанным. Он почесал затылок, озадаченно рассматривая пошатывающегося из стороны в сторону Парня с душой змеи, но успел перехватить поперек живота метнувшуюся раскаленной белой стрелой Девочку. Она забарахталась в воздухе, вытягивая руки к Парню, словно лапы коршуна. Она царапала воздух, скалилась и брыкалась.
Охотника рвануло было вперед силой рывка на пару шагов, но он смог затормозить, уперся пятками в сыпучий песок и, используя всё ту же энергию движения и веса Девочки, развернулся и зашвырнул ее себе за спину.
Девочка летела кубарем, взметая облака пыли, и опала тюком кожи, тряпок и ненависти.
Охотник свистнул.
— Эй! Подойди и укуси его за лодыжку! — крикнул он Щенку со сломанным хвостом.
— Чёй-то? — тявкнул басом в ответ Щенок.
— Тогой-то! — рявкнул Охотник. — Кусай или я отрублю ему голову!! — краем глаза Охотник заметил белое шевеление, выхватил из-а пояса длинный изогнутый кинжал, направил его под подбородок Девочке и прорычал. — Только. Дернись. Я быстрее.
И Девочка с белым лицом, смелая, сильная и несгибаемая, поверила ему.
Щенок, недовольно ворча, проковылял и послушно сомкнул челюсти на жилистой ноге Парня с душой змеи. И Парень среагировал моментально. Он взревел. Он схватил Щенка за горло, разверз пасть и уже готов был заглотить маленькое мягкое тельце…
Щенок покорно болтался?
Нет, конечно! Его лапы вытянулись и упёрлись в пасть Парня с душой змеи. Морда его увеличивалась и обрастала зубами и зубами, и зубами и свисала под странным углом на придушенной в кулаке шее, не сумевшей измениться. Щенок ощетинился, выгнул хвост скорпионом…
Парень с душой змеи и Щенок со сломанным хвостом — то что от них осталось, тени тех, чьи имена кружились на кончике языка — скосили сотни глаз на приблизившегося к ним Охотника.
— Ты. Фу, — сказал Охотник, не смотря на Щенка. Потом в привычном жесте сложил руку и ткнул указательным пальцем куда-то в сторону того, что было мордой. — Не спорь.
Щенок вздохнул недовольно, пробурчал что-то матом и обвис мягким задыхающимся телом с барахтающимися в воздухе лапками.
— Ну же, брат, — промурлыкал Охотник. Он встал прямо перед плоской мордой Парня с душой змеи и задрал голову, пытаясь уловить взгляд хоть одной пары глаз, рыщущих по пустыне. — Отдай мне Щенка. Зачем тебе Щенок? Мелкий костлявый гаденыш.
— Эй! — обижено просипел Щенок и постарался облизать нос, но всё уже было плохо.
— Молчи, а? Эй! — Охотник хлопнул в ладоши.
— Аааааа! — провыл Парень с душой змеи.
— На меня! — Охотник еще раз хлопнул прямо перед носом Парня. — Смотри, какой вкусный Охотник! Полноразмерный. В меру грешный. Да? Намного питательнее. Да? Вот. Во-от так. — Охотник поймал Щенка, выпавшего из разжавшихся многосуставных пальцев Парня, и тут же вручил его подползшей к ним на животе Девочке. Щенок трепыхался, как прихлопнутая бабочка, на губах выступила пена, сердце стучало барабаном в пустой грудине. Девочка прижала тельце к себе и замерла.
Парень с душой змеи опустил ладонь на голову Охотника и начал сжимать ее в кулак. Охотник не пытался вывернуться. Он смотрел сквозь чешуйчатые пальцы Парня и судорожно соображал, что они почти дошли до Поселения — и, слава Богу, не дошли. Что Щенок дышит, а значит, как бы он ни был ранен, к рассвету следующего дня восстановится. Что вот у их ног соляной скульптурой замерла Девочка с белым лицом. Что Парень, Господь Всемогущий, Парень с душой змеи рос пропорционально своей тени, вытягивающейся в закатных лучах и, казалось, росту этому нет конца.
Парень с душой змеи был бесконечен.
А Охотник всего лишь смертным.
Парень с душой змеи приподнял Охотника, тот теперь касался земли только мысками ботинок. Его серые глаза светились и, наверное, могли бы разжечь костер, не то что уложить Парня на лопатки. Но Охотник закусил губу, он зажмурил глаза. Он тихо, аккуратно произнес в пустоту ладони