— И если я сойду с ума.
— Когда, — холодно поправил Охотник. Он вдруг подошел вплотную к Парню и заглянул тому в желтоватые глаза своими серыми светящимися. — Когда ты сойдешь с ума. Это всегда происходит, Парень. Идем.
Они позавтракали довольно скудно. Пустыня была к ним немилосердна в этот раз. Им приходилось экономить воду, но Охотник говорил, что, судя по полету птиц, скоро будет дождь. Каких птиц… Парень тоскливо посмотрел в выжженное небо.
К концу дня они вышли на дорогу, и Парень с душой змеи с удивлением обнаружил под голыми пятками куски асфальта. Девочка с белым лицом широким движением ноги разметала песок и топнула по бетонной плите, после чего закусила губу, схватилась за пятку и попрыгала на одной ноге, кляня небо, но про себя, конечно, про себя.
Охотник замер, буквально на мгновение, просто нога зависла в воздухе, просто споткнулся и пошел дальше. Но Парень знал. Парень тоже видел двух демонов, притаившихся за дюной. Они вцепились друг друга и, ворча и болтая головами, пытались оторвать друг от друга часть. К ночи останется только один из них. Он будет больше и страшнее, но он будет сыт.
Парень нагнал Охотника.
— Да, — сказал Охотник, не сбавляя шага и не оборачиваясь.
В такие дни, как этот, когда Охотник заранее знал, что ночью его ждет драка, он всегда особенно тщательно готовил лагерь. Но в тот вечер он просто сел на землю, подозвал к себе Девочку, притянул ее голову за затылок прямо к своему уху и что-то прошептал ей на ухо. Девочка отстранилась от него и ошарашено заглянула в его мерцающие глаза. Охотник только улыбнулся слегка криво.
—ДА, — вывела девочка пальцем на его лбу.
— Вот и славно, — шепнул Охотник, погладив Девочку по косам и развернулся к Парню. — Чего стоишь столбом? Нам нужен навес и огонь.
Парень множество раз видел, как Охотник собирал и разбирал лагерь. Парень раз за разом спрашивал зачем им огонь, когда демоны его не боятся, а Девочка не переносит. Парень каждый день наблюдал, а сегодня он пошёл.
Парень с душой змеи откопал какой-то железный прут и вытащил прямо из дюны деревянную доску, воткнул их и натянул между вязаное недоразумение Охотника — от дождя не спасет, но раз надо... Он выкопал ямку в песке, заложил туда клубни сладкого картофеля и сверху развел огонь. Он сел рядом с Девочкой, и она достала баночку с топленым звериным жиром и начала вдумчиво натирать его опаленную под безжалостным ангельским солнцем кожу.
Парень ел ароматную картофелину, шкурка обжигала пальцы. Он смотрел, как изо рта Девочки с белым лицом валит пар и она улыбается — криво и стянуто, но улыбается. Парень поднял взгляд к небу, усыпанному яркими мигающими звездами и где-то из глубин подсознания выудил воспоминание тихого треска кузнечиков.
Ему было хорошо.
Парень вздрогнул, когда осознал, что Девочка встала и отошла от него. Она стояла перед мрачным Охотником, перебрасывающим из ладони в ладонь свой остывающий клубень. Охотник не поднял взгляда, просто молча протянул батат Девочке. Она взяла, конечно, но ткнула его кончиками пальцев в лоб. Охотник только качнул головой, пожал плечами, но так и не оторвал взгляда от огня.
Парень наблюдал. Он наблюдал, как Девочка с удовольствием съела вторую картофелину, как она взяла плащ Охотника, аккуратно сложила его, поерзала костлявым задом в песке, устраиваясь, как она протянула к нему, Парню, руку и сжала его локоть с улыбкой. Парень наблюдал, как к ним подошел мрачный Охотник — он не смотрел им в глаза, — как он присел на корточки рядом с Девочкой и, наконец, приказал:
— Спи.
И Девочка ухнула головой на сложенный подушкой плащ.
Парень наблюдал, как тут же на границе ночи и огня материализовалась огромная мерзкая фигура, воняющая гнилой кровью и еще более гнилой плотью. Парень не был удивлен, он давно зафиксировал демона, но как-то надеялся продлить минуту гармонии.
Парень вздохнул, положил ладонь на Девочку и приготовился смотреть.
— Чего сидишь? — вдруг буркнул Охотник. — Иди и убей его.
— Нет, — ошарашенно ответил Парень первое, что пришло ему на ум.