Девочка всё рисовала и рисовала, изображала ангелов и демонов, Охотника и Парня с душой змеи. Дома, горы, леса под тихое “Кр-р-р-р”.
— Они?.. — озадаченно протянул Охотник.
— Да, разговаривают, — вздохнул Парень и опустился на песок, оперевшись спиной на тёплый пушистый бок Щенка. — Ну раз это не демон, то вреда, наверное, нет? — спросил он у Охотника, который уже начал деловито разводить костер в песке.
— Как будто я могу помешать ей общаться с демонами… — буркнул в ответ он, почти ни на что не намекая.
— Куда мы дальше? — пробасил Щенок. — Раз это конец?
— Развернемся и пойдем вперед, конечно, — ответил Охотник.
Они смотрели как существо протянуло к Девочке свои щупальца и погладило ее по волосам. Как девочка улыбнулась и похлопала зеленый отросток в ответном жесте. Как она достала откуда-то из глубин платья кусок янтаря и отдала существу, а то радостно захлопало щупальцами и исчезло под водой. Через мгновение к ногам Девочки из воды выпало три большие жирные рыбины.
Довольная, Девочка принесла рыбу и отдала ее Охотнику.
— Ну добытчица, — похвалил он и достал нож.
Девочка показала ему привычным жестом средний палец, беззлобно и даже с намеком на улыбку. Она перевела взгляд на воду. Там на спине плескалось существо. Оно перекатывало между своими конечностями маленький мерцающий под луной камень, издавая радостные удовлетворенные звуки.
Море с тихим шипением дышало на них солью.
41. Праздник
Они очень устали. Они были покрыты пылью и грязью. Они дурно пахли. Они готовы были сдаться. Они сидели посреди пустыни, запорошенные песком без крупицы еды, без капли воды. Их окружали развалины домов, дорог и какой-то древней цивилизации, которую, возможно, застал когда-то Парень с душой змеи.
Они готовы были умереть…
Щенок со сломанным хвостом дернул ушами. Его сухого, покрытого болезненными гноящимися трещинами носа коснулся запах. Это был аромат дыма от углей, на которые капнул мясной сок. Смесь дерева и еды. Запах жизни.
Щенок вывалил язык, и тот упал в песок.
— Тьфу ты! — сипло выругался Щенок. — Эй. Там того, — он с трудом подбирал слова. Последние несколько дней он всерьез раздумывал, от кого из своих спутников безопаснее будет откусить кусок. — Там еда, — наконец выдал Щенок. — Там люди? — попытался он снова. — Идем, короче.
Под “Идем” Щенок, конечно, подразумевал, что кто-то поднимет его слабое тельце и понесет, потому что его дрожащие лапы уже не держали кости, обтянутые шкурой.
Тоже мне… демон…
Вздохнув тяжело, Девочка с белым лицом взболтнула руками в жесте безнадежности и начала поднимать себя, увязая руками в тонких черных перчатках в текучем бесконечном песке. Она села кое-как, мотнула головой, встряхнула косы, постучала себя по уху, избавляясь от песка, и на коленях подползла к Щенку со сломанным хвостом. Он нашел в себе силы поднять морду и завалить ее на колени Девочке… он даже пару раз махнул благодарно хвостом.
Девочка с белым лицом прижала Щенка к своей плоской груди, пристроив морду себе на плечо, поползла к Охотнику, лежавшему лицом в песок. Девочка не шибко переживала за его жизнь, она видела, как медленно вздымаются его плечи. Он был странным человеком. Он до сих пор не снял свой кожаный черный плащ. Девочка думала, что в какой-то момент он сварится в нем заживо — и что тогда? Но Охотник отмахивался от нее с улыбкой.
Девочка с белым лицом неуверенно ткнула пальцем в плечо Охотника. Он промычал что-то прямо в песок, но не пошевелился. Девочка снова драматично вздохнула, села на песок, достала из-под себя ноги, уперлась пятками в бок Охотника и начала толкать его из последних сил, по чуть-чуть переворачивая этого высокого, мускулистого, но истощавшего обалдуя.
— Ну что тебе… — едва шевеля белыми от слезающей обожженной воздухом кожи произнес Охотник.
— Там, — тявкнул Щенок. — Еда.
— Животное? — глаза Охотника слабо мигнули.
— Ага. Жареное, — сообщил Щенок.
Охотник улыбнулся и слизнул выступившую на губе каплю крови. Щенок грустно шмыгнул носом. Ему кровь была нужнее.