Утро началось с сюрпризов: на дороге раздались высокие голоса, дежурившая эльфийка, радостно подскочив, громко ответила. Всхрапнули кони, глухо простучали по траве копыта, и вот вокруг нас уже не менее двух сотен эльфов, усталых, пропыленных, на взмыленных лошадях. Откуда-то вынырнул Ронс, победно поусмехался, и ушел, теперь уже точно по своим делам.
Итак, перекрывая даже легенды о собственной быстроте, эльфы успели. Они очень устали, едва не загнали лошадей, но они успели, они знали, с каким нетерпением Эллорн ждет их. Я без споров бросилась расседлывать коней, чего очень не любила делать из-за своего роста. Снимала прикрученные к седлам сумки, потом, когда лошадей благополучно свели в низинку к речке Затонке, изо всех сил помогала готовить обильный завтрак. Таскала воду, чистила набитую птицу. Ренди с эльфийками, расстаравшиеся добычей, тоже участвовали во всеобщей суматохе. Эллорн, у разведенного большого костра нанизывающий на оструганные палочки кусочки мяса вперемешку с клубнями какого-то еще неизвестного мне овоща, озабоченно поглядывал на деревню. Когда завтрак-обед на всех был готов, он тщательно вымыл руки, постоял, глядя на спящих прямо за едой эльфов, сказал мягко:
— Я спускаюсь в деревню. Кто может, идите со мной, но всех не зову, лучше отдыхайте. Не количество будет решать. Старшие, кто идет?..
Девятнадцать, сосчитала. Пять эльфиек. Все, сколько есть. Ренди, покосившись на собирающегося Рэма, остался сидеть. Итак, всего двадцать два вместе со мной.
— И вот еще что, — Напоследок сказал эльф, подтягивая ремень под мечом, продолжил на эльфийском: «если мы не вернемся, не мстить. Запрещаю полностью любые счеты, уходите в Запретный Лес. Охотники сами принесут наши памятки». Интересно, от кого ты пытался таиться?.. Не от меня же, я-то еще в Зачаровне немного понимать вас научилась. Впрочем, возможно и от меня, ведь ты, Эллорн, как раз можешь и забыть о том.
Проходя деревней, отметила, как захлопывались ставни, мигом исчезали со дворов женщины и дети. Настороженные мужики, напротив, выходили к воротам, как бы между делом, в руках — у кого топор, у кого вилы. Эльфы невозмутимо прошли вслед за Рэмом к постоялому двору, расположились у самой дальней стены на низких лавках. Пересмеиваясь, шутили с молоденькой девчушкой и солидным усатым хозяином, разносившими жбаны с медом. Рэм ушел в угол, задымил своей трубкой, как ни в чем не бывало. Эллорн прислонился к стене у крошечного оконца, уперся взглядом в дверь. Ручалась бы, что он прислушивается к улице.
Около полудня говор снаружи стал настолько явным, что даже я поняла — подошли люди. Эльфы словно и не слышали ничего, пока не распахнулась дверь, впуская вооруженных мужчин, настороженных, явно предупрежденных о нашем присутствии. Разглядев командира, обрадовалась и испугалась одновременно: впереди стоял умница Баграт, рассудительный Баграт, ненавидевший эльфов в силу привычки, а значит - искренне.
Десятник насупился, расставил ноги потверже. Никто из эльфов не схватился за оружие, но я почувствовала, как в мгновение из веселых, умнейших друзей они вдруг превратились в хладнокровных безжалостных убийц.
— Эллорн, позволь представить тебе человека Баграта. Он мой друг. — Замирая от ожидания чего-то ужасного, я встала между ними — ненадежная преграда, если вспомнить, что родом Баграт из Восточных Поселений, а Эллорн представитель Королевского Дома. — Баграт, позволь представить тебе принца Эллорна. Он мой друг.
Рэм в углу выразительно приподнял брови.
— Друг моего друга - мне не враг. — Эйльфлёр протянул руку, и я дышать перестала, опасаясь продолжения.
— И я не враг эльфам. — Нехотя выговорил Баграт, стаскивая металлическую перчатку, не очень ласково косясь на меня. Я выдержала его взгляд, глаз не опустив, и, с видимым усилием, он закончил: — Добро пожаловать, Эллорн.
Что ж, теперь можно позволить себе прикрыть глаза. И выдохнуть, наконец.
Чувствуя себя до крайности неуютно среди настороженных мужчин, потихоньку отошла в уголок, присела на лавку рядом с Рэмом. Охотник улыбался, я хмурилась. Мне думалось, что не я должна бы стоять меж тех двоих сейчас. Но Рэм, по-видимому, считал по-своему. Вот интересно, если бы не мой страх за Эллорна, что бы сейчас тут творилось, Охотник?
«Не считай других безрассудней себя! — Отозвался мысленно сам Эллорн.
Я невольно улыбнулась: «»Не смей следить за мной, эльф!»
«Еще как посмею. Моя смелость рождена твоим согласием. Ты позволила мне многое… забыла?»
«Ненормальный, нас же слышат!»
«Давно тебя беспокоит мнение каких-то эльфов?»
Не в силах рассердится всерьез, я просто вышла из дома. Мальчишка.
Поселок преобразился неузнаваемо. Если утром жизнь в нем едва проглядывала, опасливо прячась за заборами, по углам и щелям, то сейчас кипение этой самой жизни было слишком буйным. Пройти невозможно, чтобы не наткнуться на расположившихся людей. Разноголосая речь перемешивалась причудливо, как и одежда. С запада, на склоне раскинули лагерь суровые поселенцы Восточного побережья, за южной околицей, по берегам ручья - хоссы. Мне не нравилось проходить меж ними, но там, дальше, в перелеске, стали эльфы. Куда еще я могла пойти? По счастью, Охотники не стали отделяться, оказались тут же, и я успокоилась окончательно - свои. Охотников заметно прибавилось, человек десять сидели и лежали у отдельного маленького костерка.
— Что там? — Кивнув на деревню, спросил озабоченно Ренди.
— Беседуют. — Ответила незатейливо, подумав, добавила. — Рэм там.
— Это хорошо. — Успокоено согласился Ренди, роясь в сумке с едой. — Он не допустит свары. Давай поедим?
— Давай, — Согласилась, тоже невольно оглядываясь на деревню. Мне бы твою уверенность, друг.
Мы пообедали, потом, часа через три, все вместе поужинали. Из деревни не возвращались ни Рэм, ни Эллорн; и никто из тех, что пошли с ними. Негромко переговариваясь, эльфы стали подниматься, и я поняла: они решили спуститься туда сами. Я тут же подскочила.
— Пойдешь? — Торопливо застегиваясь, потормошила Охотника.
— Нет. — Лениво отозвался тот, не открывая глаз. — Лучше высплюсь. Все равно проку от нас там никакого.
В доме было довольно людно, все присутствующие молча сгрудились вокруг вытащенного на середину комнаты стола, и я потихоньку начала протискиваться туда же. За столом, с расстеленной потрепанной картой, сидели Рэм, Баграт, Эллорн, и еще двое незнакомых мне людей.
— Гатр не ввяжется в войну, пока не будет слишком поздно. — Хмуро рассказывал Баграт, люди и эльфы, вперемешку толпящиеся за их спинами, помалкивали. — Он получил два предложения: от хосского Молна и Крамма с Восточного побережья, и не ответил ни на одно. Он надеется отсидеться за стенами, пока остальные треплют друг друга, надеется извлечь пользу для себя. Думается, он просчитался в этот раз. Вы видели Серую армию? И я видел ее. И Крамм вон, — кивок на седеющего старика, — И Лендис-хосс, — Я с любопытством воззрилась на второго военачальника. В силу некоторых, предшествующих нынешней встрече обстоятельств, меня удивляло сотрудничество столь разных людей. — Все мы достаточно разглядели Серых, и нам ясно — они не шутя идут. За ними даже развалин не остается.
— Восточное побережье держится, и стоять будет, пока хоть один защитник живым останется. — Веско сказал старик, поблескивая черными глазами в сторону Эллорна. — Хоть и не получили мы поддержки от соседей наших, но не пропустим воргов, сколь сможем. И Лендис, что привел две тысячи по приказу отца своего, короля Северного Всхолмия, то же о себе сказать может.
Лендис лишь кивнул.
Рэм, задумчивый, неотрывно смотрел в карту.
— Что мыслите, господа, выкладывайте! — Поторопил Баграт, — Нет у нас времени в молчанку играть.
— Надо закрыть перевалы. Не пустить Серых в глубь острова, — Негромко отозвался Эллорн, тоже склоняясь над картой. — Не пропускать через Гартранд. Если мы остановим их здесь, в долинах, у нас больше шансов постепенно выжать их с острова. Пройдя за горы, Серые навяжут нам свою войну, ту, что выиграть намного труднее. Там вон, на Туманной седловине, разместив порядком воинов, можно продержаться хоть год, лишь бы еды хватило. Место удобное, за спиной - гномьи поселения. Не знаю, насколько поможет сей достославный народ, как до рубки дойдет, но, прорвись Серые через заслон на седловине, не пройти им гномьими землями.