— Хочешь выпить? — спросил Рейзер после третьей песни.
Бет с благодарностью кивнула. Огромный бар, расположенный на одной из сторон комнаты, был пуст, и Бет зашла за стойку, чтобы налить им напитки. Желая утолить жажду, она сделала себе воду со льдом и подошла к холодильнику чтобы достать холодное пиво для Рейзера. Она наблюдала, как он облокотился на бар рядом с ней, пока она пила холодную воду. Они стояли там, так как это было наименее заполненное людьми пространство. Случалось, время от времени кто-то подходил и просил напиток, Бет ухмыльнулась Рейзеру, изображая бармена. Байкеру даже пришлось раздать несколько напитков самому, так как несколько человек одновременно захотели получить выпивку. Веселясь, Бет сделала глоток воды и чуть не выплюнула, когда увидела мужчину, стоящего у стены вместе с Блисс, Эхо и Дон, борющихся за его внимание. Крупный мужчина с песочного цвета волосами игнорировал женщин. Его скрещенные на груди руки демонстрировали выпуклые бицепсы, которые отчетливо были видны под его обтягивающей черной футболкой. Черные байкерские брюки и сапоги подчеркивали его сексуальность, которую он источал, не предпринимая для этого никаких действий. Бет заставил подавиться напитком тот факт, что она его узнала.
Кэш Адамс был прихожанином ее церкви, когда она была юной девушкой. Она вспомнила, как смотрела на него, думая, какой он красивый, и что он был тем, о ком проповедовал ее отец, говоря о грехах плоти. Потому что, даже будучи девчонкой, он разбудил волнение в ее теле, которое она стыдилась признать. Она не была одинока в этом, у каждой женщины, с которой он пересекался, Бет видела голодный взгляд в глазах. Он родился в семье, у которой не было много денег, но Кэш никогда не испытывал проблем с наличными и все знали, что это деньги от его бабушки, которая занималась нелегальной торговлей. Его родители, как богобоязненные прихожане церкви, отказывались от ее помощи, но не могли запретить Кэшу принимать деньги, которые ему давала бабуля. Повзрослев, он даже начал работать на нее. Он стал экспертом в уклонении не только от полиции, но и от мужчин — членов общины, которых возмущало отсутствие сдержанности в отношении того, чтобы не спать с каждой, которая предлагала себя. Женщины предлагали ему себя с удивительным отсутствием приличий, желая получить шанс оказаться в его постели. После одной публичной драки, в которой Кэш избил разгневанного брата девушки, которую он лишил девственности, о чем узнал весь город, потому что глупая девчонка похвасталась этим перед лучшей подругой, он исчез. Все предположили, что он разозлил не того человека, и его убили. Скрываясь в огромных горах, он был хорош в том, как нужно прятаться. Бет была единственной в городе, кто никогда не верил в то, что он мертв.
— Это Кэш Адамс? — Бет не смогла сдержать трепета в голосе.
Рейзер встал позади нее, так как она стояла за барной стойкой.
— Я так понимаю, ты знаешь его?
— Он приходил в нашу церковь, перед тем как исчез.
— Из того, что он нам сказал, он покинул город, чтобы вступить в военно-морской флот, где он встретил Вайпера и остальных из нас. Он лейтенант Вайпера и приехал с ним сегодня утром.
— Я смотрю, он не изменился.
— Нет?
Бет смогла только молча кивнуть головой, так как Кэш улыбнулся ей. Он сказал что-то перед тем, как оставить женщин стоять, ожидая его, как маленькие щенята ждут возвращения своего хозяина.
— Рейзер, — поприветствовал Кэш, и Рейзер кивнул. Взгляд Кеша остановился на Бет. — Ты Бет Корнетт, дочь пастора Корнетта?
— Да, — Бет не смогла скрыть удивления, что он узнал ее.
— Я смотрю, ты совсем выросла, — взгляд его голубых глаз слегка скользнул по декольте, которое подчеркивал жилет.
— Ты тоже, — она констатировала очевидное.
Он улыбнулся.
— Я слышал о том, что случилось с твоим отцом и матерью, мне жаль слышать о твоей потере.
— Спасибо.
— Жаль, что ублюдок уже мертв, потому что я хотел бы, чтобы он был жив, и я смог бы выбить все дерьмо из него.
У Бет отвисла челюсть от его прямоты. Рейзер повернулся и протянул пиво Кэшу. Тот открутил крышку и сделал глоток, перед тем как продолжить:
— Он был больным ублюдком, но я был слишком молод, чтобы знать, как вывести его из строя. Сейчас бы такого не произошло.