- У вас сын. – Делая вид, что не видит слабости Каташи, произнес доктор. – Она была уверена, что будет мальчик. Говорила, что в нем смысл ее жизни.
Сэта ненавистно посмотрел на этот кричащий, сжавшийся от страха комочек жизни, принесший смерть его любимой Юми. Из-за него ее больше нет! Из-за него! Из-за… Нет, он ни в чем не виноват. И он тоже только что потерял самого дорогого человека на свете.
Каташи медленно поднялся и подошел к доктору. Ребенок продолжал надрываться от крика, не понимая, что произошло, но чувствуя, что ему не только придётся привыкать к тому, насколько велик, сложен и многогранен новый мир, но и принять непоправимую трагедию. Ему хотелось, чтобы человек, чей нежный голос он слышал каждый день, появился рядом и вновь заслонил собой, подарил защиту и любовь. Но мать будто не слышала его. И он продолжал звать ее изо всех сил. Как ему объяснить, что он никогда ее не увидит, и не ощутит ее заботливых объятий? Как оградить его от этой беды и заменить ему мать? И он так похож на нее…
Сэта, взял младенца на руки, и тот, словно узнав его, резко успокоился, стал лишь изредка кряхтеть и сопеть, будто стараясь что-то спросить или объяснить своему любимому отцу. Каташи внимательно рассмотрел его маленькое личико с курносым носиком, аккуратным подбородком и румяными щечками, на которых на секунду показались ямочки. Малыш словно попытался улыбнуться в ответ на невольно возникшую улыбку на лице отца. Сэта вспомнил, как улыбалась Юми, когда перед расставаниями подходила к нему, а потом обнимала и говорила, что они скоро встретятся, и она будет с нетерпением этого ждать. Слезы градом покатились из глаз Каташи. Он опять вспомнил, что Юми уже никогда так не сделает. И он сам однажды от этого отказался, усомнившись в ней. Когда он расстался с ней, обещав избавить ее от тревог, то уехал в Эдо, чтобы купить дом, наладить там торговлю и обеспечить им с Юми новую, счастливую жизнь. Но по возвращении через два месяца застал девушку собирающей вещи. Она сказала, что пока его не было, возобновила отношения с Хидэаки и теперь собирается выйти за него замуж и переехать в его имение. Сколько боли и любви было в ее взгляде, когда она говорила все это. Но Каташи не понял ее и поверил ее глупым словам. А может быть, если бы он унял свой гнев и поверил в ее доброе, до самопожертвования любящее сердце, то спас бы! Возможно, если бы он был рядом, ее недуг не развился, и она бы осталась жива? Если бы он тогда не оставил Юми одну, осыпав на прощание проклятиями! Но он был глупцом, и в итоге потерял ее. А сын все продолжал неумело рассказывать о том, как безгранична его любовь к отцу, и радость от того, что он наконец-то смог увидеть его лицо и ощутить его сильные, надежные объятия…
- Если вас кто-нибудь спросит, то скажите, что он тоже не выжил. – Продолжая искать в лице сына черты Юми, печально проговорил Каташи. - Я не могу потерять еще и его. Я отдам вам любые деньги за молчание. Только не лишайте меня возможности заботиться о нем.
- Вы собираетесь забрать его? – С беспокойством спросил доктор. – Он очень слаб, ему нужна забота, которую никогда не сможет дать узнавшая об измене женщина. Я не знаю, кто может отнять его у вас, но вот кто может убить…
- Вы не спасли ее! – Гневно перебил его Каташи. – Вы никчемный врач, и не смейте оскорблять мою жену! Она жестокосердна, но на убийство не пойдет.
- Госпожу Моримото невозможно было спасти, и мне жаль, что я не смог ничего сделать. Я предупреждал ее ни раз о большом риске, но в том, что она не могла полностью соблюдать мои предписания не было ее вины. Несколько дней назад госпожа Моримото просила меня найти женщину, которая смогла бы позаботиться о малыше, если ее не станет, и при этом сохранить все в тайне. У меня есть такой человек. Это моя родственница, и она готова забрать мальчика. Позвольте исполнить желание госпожи Моримото. Пока малыш не окрепнет, так ему будет лучше.
«Ты все предвидела». – Подумал Каташи, глядя в глаза сына, похожие на глаза Юми. В них отражалась та же любовь и проницательность. Словно этот малыш понимал, о чем сейчас подумал и что чувствует Сэта, и пытался ему сказать, что боль пройдет, а они всегда будут друг у друга, ведь ничто не может быть сильнее той любви, что он испытывает к своему отцу.