- Всем известно, что хаммийцы трусы, у них не армия, а сброд. Неужели они смогут достойно сражаться? Сразу же побегут.
- Да, это так. Но пусть сражаются солдаты из местных людишек. Тех, кого еще не сдали в рабство. Этим придется хорошо платить, но зато они будут верными цепными псами у вашего величества. А стражниками прекрасно смогут поработать хаммийцы. Они безжалостны и разгон толпы для них в радость. Местных же стражников перевести в солдаты. Так и численность армии увеличим.
- Как тебя зовут? - спросил король рыжего человечка?
- Чубис, ваше величество...
Это день в Ларском замке начался не так, как предыдущие. Уже с самого утра в замке царило необычное оживление. Бестолково бегали слуги. Солдаты, то дружно выбегали из казармы во двор, то также дружно возвращались обратно. Ворота замка практически не закрывались, из них то и дело выезжали с поручениями люди, а кухонных подвод увеличилось и вовсе вдвое. Юный ларский граф в волнении ходил из угла в угол своей большой спальни. Камергер со своими помощниками уже давно одел ему костюм для парадных церемоний, а цырюльник еще вчера тщательно выбрил графу голову.
Непонятное оживление понемногу передалось и проснувшемуся городу. Собиравшиеся люди наперебой сообщали друг другу последние новости, узнанные ими по великому секрету от родственников, работавших в замке. Все говорили о готовящейся торжественной встрече некой высокопоставленной персоны. Назывались различные имена, среди которых наиболее часто упоминалось имя Черного Герцога. Вторым по популярности имен среди городских сплетников был новый король Лоэрна, которого все в Ларске называли не иначе, как Самозванец Пургес. Сообщавшие об этом многозначительно смотрели на собеседника и добавляли, что Самозванец едет с покаянием к их графу, везя с собой королевскую корону.
Но все обладатели достоверной информации были посрамлены, когда в городские ворота въехала роскошная карета в сопровождении полусотни всадников. На дверях кареты и на щитах сопровождающих был нарисован герб Гендована. А наиболее внимательные зеваки, вышедшие на улицу, ведущую напрямую к графскому замку, смогли заметить и пассажира кареты. Точнее, пассажирку, потому что в карете ехала маркиза Эльзина, дочь гендованского герцога.
Карета в сопровождении охраны въехала в замок, и к ней стремглав бросилось несколько слуг. А сзади уже сбегал по ступенькам юный граф. За ним следом несколько вальяжно шел маркиз Ильсан и граф Тратьенский. Наиболее расторопный слуга открыл дверцу кареты, появилась изящная ножка, а затем показалась и симпатичная темноволосая головка. Маркиза протянула свою правую руку, которую должен был поддержать кавалер. Но, увы, здесь случилась заминка. Юный граф бросился к дверце кареты, протянул было свою руку, и тотчас же отдернул ее. Ведь вместо полноценной руки у графа была лишь ужасная культяпка. Лицо графа зарделось, он не знал, что делать дальше. Лицо маркизы нахмурилось, но через несколько мгновений разгладилось и она прожурчала:
- Ах, милый граф, дайте же мне скорее свою руку. Я так давно вас не видела и ужасно соскучилась по вашему обществу.
Юный граф нерешительно протянул обрубок своей руки, маркиза с некоторым промедлением его схватила, и слегка опираясь на него, вышла из кареты.
- Милый граф, не обращайте внимания на свои руки, я в вас ценю совсем другое, - тихо, чуть ли не шепотом, сказала маркиза. От этих слов Дарберн еще больше зарделся.
- Я рад вас приветствовать, маркиза, - обратился к гостье граф Тратьенский.
- И я очень рада вас видеть, граф. И вас, мой брат.
Маркиз Ильсан довольно осклабился в ответ.
- Милый граф, надеюсь, вы довольны обществом моего брата и графа Тратьенского?
- Да, маркиза.
- Ну, вот, Дарберн! - несколько капризно сказала маркиза, - Расставание не пошло вам на пользу. Я для вас не маркиза, а просто Эльзина.
- Простите, маркиза, ...то есть Эльзина.
Девушка в ответ рассмеялась.
Спустя полчаса, когда Дарберн и Эльзина остались наедине, юный граф неожиданно встал на колено перед девушкой и, цепенея от возможного отказа, произнес:
- Эльзина, будьте моей супругой!
1000 год эры Лоэрна.
Стояла глубокая осень, но здесь ее совсем не чувствовалось. Деревья не потеряли свою листву, горя на солнце яркой зеленью. Солнце хорошо припекало, давая возможность днем ходить без рубашки. Правда, ночью явно холодало, и без теплого одеяла можно было, если не замерзнуть, то наверняка продрогнуть. Хорошо, что чаще дули южные ветра, несущие теплый влажный воздух с моря. Вот что значит южные земли. Какой замечательный климат! Не то что в Гендоване. Сейчас там царит промозглая осень, а скоро наступит зима, такая же мерзкая и сырая. Ночью будет идти снег, а днем он будет таять, увеличивая и без того обширную грязь на жалких городских улочках. Даже в квартале благородных, что селятся возле герцогского замка, без грязи не обходится. Разве что там нет таких глубоких луж и ям, какими изобилуют городские окраины. Правда, когда ударяет мороз и выпадает свежий снежок, становится чуть лучше. И промозглости меньше и глазу приятно видеть белые шапки на лачугах городской бедноты. А потом снова теплеет и всё погружается в еще более непролазную грязь.