Расстроенный, он вернулся в гостиницу. Так прошло еще два дня. А на третий день Шемел обратил внимание на то, что часть постояльцев вроде как слишком оживлена. То там, то здесь постояльцы о чем-то перешептывались. Подозвав слугу, Шемел спросил у него об этом.
- Почтенного Ирагима зарезали. Всего изуродовали, пытали. И всех его домочадцев тоже зарезали.
- Кто сделал, нашли?
- Нет, господин. Схватились только утром. Пришли в поместье, а там все в крови. Пока сообщили стражникам, пока узнали подробности, убивцев давно уже след простыл. Говорят, пришлых дело рук. Ирагим накануне, два дня назад на рынке договорился с контрабандистами и купил у них двух рабынь. Их они должны были доставить вечером в его поместье. Вот и доставили.
Шемела осенила догадка.
- А этот Ирагим, какой он на вид?
- Я не знаю, господин, раньше его не видел. Вот Шлеймус его видел.
- Шлеймус, это кто?
- А тоже слуга. Если господин пожелает, я его позову.
- Зови.
Через несколько минут подбежал другой слуга, Шлеймус.
- Говорят, ты знал в лицо Ирагима?
- Да, господин, пару раз встречал.
- И какой он из себя?
- Представительный мужчина. Владелец поместья.
- А внешность какая?
- Представительная, господин.
- Тьфу! Отвечай, волосы какие цветом?
- Черные господин, красивые, господин.
- Много волос на голове?
- Ой, господин, мало, совсем нет.
- Тьфу! Так он что, лысый?
- Да, господин, лысый.
- А глаза какие?
- Красивые, господин.
- Ох... Навыкате или нет?
- Навыкате, красиво навыкате, господин.
- Ладно, иди.
Значит, тот парень, которого он встретил на рынке два дня назад, вовсе не контрабандист, а обыкновенный бандит. Предлагает дурачкам задешево вожделенный товар, а потом убивает. У Шемела вдруг похолодело внутри. А ведь он сам думал, мечтал купить тех обещанных красивых рабынь. Вот и купил бы, себе насмерть. А мои солдаты? Они защитили бы. А чего же этого Ирагима никто не защитил? Если этот Ирагим владел поместьем, значит, охрану должен иметь, да еще и надсмотрщиков. Не помогла охрана. И эти двое моих новых солдат мне бы не помогли, случись такая история. Осторожнее надо быть, осторожнее.
Через несколько дней на причале появился его солдат, посланный с донесением в Атлантис. Слава Ивхе! А то он было подумал, что и его убили, пытаясь узнать о миссии Шемела. Авдаллаф, старший жрец аквалонского храма Великого Ивхе оказался поумнее или же трусливее, чем Левес, хаммийский старший жрец. Тогда пусть живет. Надо же, он, Шемел, уже стал распоряжаться жизнями старших жрецов! А почему бы и нет? Когда он вернется к Гандину с удачно выполненным поручением, кто, как не он станет особо доверенным лицом у главного жреца? К чьим словам будет прислушиваться Гандин? К его! А потом он станет старшим жрецом одного из двенадцати храмов. Выберет храм получше. Может быть, лоэрнский? А почему бы и нет? Сам король будет с ним вежлив.
Нет, лучше взять пиренский храм. В Пирене правит Черный Герцог, самый сильный из властителей Атлантиса. Жестокий и всесильный герцог. Но с ним можно иметь дело. Он не чета большинству герцогов Атлантиса, самовлюбленным и напыщенным болванам. И он знает толк в девушках. Какие изумительные цветки Черный Герцог подобрал для отправки в Хаммий! Из той сотни девушек, пожалуй, любая была лучше, чем те две девицы, предоставленные ему Левесом. Жаль, что он выгреб лучших из лучших для обмена на принцессу. Но ведь и он пока еще не старший жрец пиренского храма. Пока он выполнит поручение Гандина, пока пройдет время, когда нужно будет вызвать пиренского жреца к Гандину, да и нашептать тому что-нибудь про этого жреца. Пока он доберется до Пирена, освоится, времени пройдет много. Новые бутончики распустятся. А он на первых порах может воспользоваться и наложницами пиренского храма. Да и среди пригоняемых в храм жертв что-нибудь найдется стоящее.
Узнав от своего солдата все новости, Шемел пошел по причалу. За эти несколько седьмиц ожидания он немного освоился, примелькался, некоторые его уже знали в лицо. Да и он стал лучше различать явных разбойников от более-менее честных контрабандистов. Тем более, брошенное вскользь при разговорах упоминание о знакомстве с капитаном Агрего немного придало ему уважения. Два дня спустя от причала уходила на запад одна из галер, капитан которой взялся перевезти четырех попутчиков.