А мальчики — они будущие мужчины и они не рабы. Им зазорно работать на поле. Хотя сеять — то надо? И урожай, какой — никакой собирать тоже надо. Тогда отец выгонял всю семью и заставлял работать. Но сам и мальчишки работали кое — как, как говорят про рабов — из — под палки. Нерадивые рабы постоянно получали наказание, когда палками, а когда и плетью. Рахид видел, как их сосед богатый Фатрах постоянно наказывал своих четверых рабов. Рабы должны бояться своего хозяина и постоянно помнить, что они ничтожные и жалкие рабы. А плеть и палки — лучшее напоминание об этом.
Свободный хаммиец почти не знает этого. Хотя несколько раз тот же сосед пребольно лупил Рахида. Да и других мальчишек тоже. А его старший брат Хатиб после основательной взбучки палками серьезно заболел и через пару месяцев умер. Но он сам виноват. Надо же так попасться! Мальчишки, постоянно голодая, добывали пищу воровством. А у кого полные амбары зерна и овощей? Только у богатых крестьян, как их сосед. Вот и лазали в амбары. Ведь воровать не зазорно, в отличие от труда на земле. Время от времени их ловили и били. Так прошло голодное детство Рахида, и настала юность, такая же голодная. Отец уже основательно сдал, их поле все больше и больше зарастало сорняками, а небольшие кустики, выросшие после весеннего сева, чахли и засыхали без поливки на жарком хаммийском солнце.
Как только Рахиду исполнилось семнадцать лет, он ушел в соседний город, наниматься на работу. Конечно же, не водовозом и не грузчиком в порту, для этого существовали рабы, которых регулярно пригоняли с севера Атлантиса купцы. Ему повезло с работой. В город пришел караван, принадлежащий купцу Асмеду. В дороге с караваном приключилась беда — напали разбойники. Погибли трое охранников и два надсмотрщика. Вот и образовалось пять вакансий. Охранником Рахида не взяли — слишком молод, да и мечом владеть не умеет. А вот в надсмотрщики вполне пригоден, тем более по молодости ему положили лишь треть жалованья от обычного. На эти два места претендовало больше десятка человек. И все старше и солиднее Рахида. Только таким нужно платить две трети, а то и полную сумму. Потому — то Асмед и выбрал молоденького юношу, польстившись на хорошую экономию в жалованье.
А для Рахида, никогда не державшего денег в руках, одна серебрянка в месяц показалось громадной суммой. И он несколько дней ходил, витая в облаках от счастья, пока не узнал, сколько получают охранники. Шесть серебрянок в месяц! То есть почти два золотых в год! Сумасшедшие деньги! Через десять лет работы охранником в купеческом караване, можно было жениться, приобрести надел с домишком и прикупить полдесятка рабов. И даже одну — две рабыни. Жена — женой, но разве смуглые хаммийки смогут сравниться с рабынями — северянками с белой и нежной кожей? А через год — полтора рабыни стали бы рожать, принося хозяину бастардов. Девочек можно было неплохо продать, а мальчишек — бастардов, когда те подрастут и если выживут после обязательной кастрации, отправляли работать на поля.
Шесть серебрянок против его одной! А на севере, в землях Атлантиса можно было устроиться наемником в войско местного герцога или графа. Наемники и вовсе получали баснословные деньги — до пятнадцати серебрянок в месяц! Но хаммийцев северные аристократы к себе не брали. Нос воротили, считали слабыми и трусливыми. Так — то оно так, но ведь обидно, что кто — то там получает по четыре с половиной золотых в год.
Все изменилось два года назад, когда в Лоэрне королем стал Пургес Первый. Тот сразу обратил внимание на хаммийцев. Местным он не очень доверял. Как, впрочем, и те ему. Ведь, говорят, что Пургес пришел к власти незаконно. Но разве Рахиду это интересно? Пургес платит неплохие деньги, а главное, дает возможность прилично заработать помимо основного жалованья.
Два года назад Рахид стал получать две серебрянки в месяц, но для этого пришлось проработать на купца Асмеда целых пять лет. Зато после третьего года работы, когда умер один из надсмотрщиков от укуса ядовитой змеи, частенько попадающихся в пустынях к северу от Хаммия, которые разделяют его от остального Атлантиса, Рахид упросил купца взять на работу своего младшего брата Исасу. Тоже на одну серебрянку в месяц. Купец еще долго ломался, всем своим видом показывая, что он делает великое одолжение, принимая брата Рахида на работу. А ведь купцу было очень даже выгодно. Умерший получал три серебрянки, а сейчас будет тратиться только одна. Рахиду после того, как купец соблаговолил согласиться, пришлось целовать туфли купца в знак благодарности за оказанную милость.