Но как тут, в такой толчее взять денег? Ограбить? Не удастся, они здесь чужие, поднимут шум. Нет, только не здесь. Значит, нужно найти поместье. Не очень богатое, чтобы слуг или охраны в доме было поменьше, но и не бедное — из — за нескольких золотых тратить силы и время, рисковать? Нет. Можно было снова сесть на галеру и отъехать вдоль берега, а там поискать нужное поместье. Но пока найдешь… опять же нет. И тут Лайсу пришла в голову мысль. А что? Может получиться.
— Белка, пойдешь со мной, остальные ждите в галере.
Без особого труда Лайсу удалось найти рабский рынок. О! Сколько рабов! Теперь надо будет приглядеться к покупателям. Одного из них, лысого с глазами навыкате барон присмотрел сразу. Хаммиец ходил вдоль рядов, где на продажу были выставлены молоденькие девушки. Ходил, примеривался, смотрел, щупал, слегка спорил с работорговцем, но никак не мог купить, видимо цены кусались. Лайс специально встал рядом с ним, послушал разговоры. Товар, который приглянулся хаммийцу, стоил пятнадцать — двадцать серебрянок, а тот предлагал торговцу десять, изредка доходил до двенадцати.
Солнце стало припекать, и лысый отошел в тень, где за медянку можно было купить воды. Это надо же, за простую воду деньги требуют! Встал туда же и Лайс с Белкой, который изображал охранника. Хотя, он и был охранником, раз задолжал жизнь Лайсу.
— Уважаемый хочет купить красивую девушку?
— Хочу, — хаммиец лениво посмотрел на молодого чужеземца.
— У меня есть несколько красивых девственниц с севера. И недорого. Вот только бумаг на них нет. Бумаги были, но по дороге упали в море. Как теперь продашь мой товар?
— А за сколько?
— Придется продать за полцены. Двенадцать серебрянок за двух прекрасных девушек с гибким станом и белокурыми волосами. Ах, что за девушки! Или восемь серебрянок за одну.
— Шесть! Или десять за двух!
— Уважаемый еще не видел мой товар. Разве эти, — Лайс показал на ряды с девушками, — могут сравниться с моими? Из хороших семей, воспитанные, послушные…
— Покажи!
— Как я могу их здесь показать? Без бумаг. Стража здесь жадная, отберет. Уважаемый живет далеко?
— У меня поместье в десяти верстах к северу.
— Я бы мог привезти этих солнцеликих прямо к дому уважаемого.
— Привози! Спросишь, где поместье Ирагима.
— Хорошо. Привезу до заката солнца. Обеих.
Попрощавшись с лысым покупателем, Лайс направился к выходу из рынка, но пройдя несколько шагов, остановился и остолбенел. Мимо него шел Тирт. Его братишка Тирт. Он, конечно, сильно изменился, прошло шесть лет, но родинка на правом ухе, ее не забудешь. Сейчас Тирту должно быть двенадцать лет, и этот мальчик, столь похожий на его брата, тоже выглядел лет на двенадцать.
Тирт шел за красиво одетой госпожой и нес за ней длинное опахало, которым он помахивал над головой своей хозяйки. Свежевыбритая полоска волос посередине головы говорила, что он домашний раб в богатом доме. Из всей одежды на Тирте была лишь набедренная повязка. Да еще и легкие сандалии. А спина… спина говорила, что у мальчишки была тяжелая жизнь. Старые и свежие следы от плети причудливым узором наглядно свидетельствовали об этом. В глазах у Лайса потемнело, его рука сжала рукоять меча, и… он закрыл глаза. А открыв, снова стал сильным и холодным Лайсом.
Госпожа о чем — то переговорила с работорговцем, повернулась и пошла обратно. Лайс проводил уходящих холодным взглядом и тоже пошел с рабского рынка. Но пошел в сторону своей галеры. Если бы кто — то умел читать по губам, то смог бы понять, о чем тихо шептал барон Венсан.
— Милый маленький Тирт. Я не могу тебе помочь. Не могу. Если помогу, то месть Тарену и Моэрту может не удастся. А я должен отомстить. Любой ценой. Твоей тоже. Прости, братишка. Когда выполню обещание, если останусь жив, вернусь сюда и постараюсь тебя отыскать. И тогда я тебе помогу умереть. Умереть мужчиной. От меча.
Лайс здраво рассудив, что лысый хаммиец долго в городе не задержится, а быстро поедет в свое поместье ожидать вожделенный товар, оставил двух парней при галере, а остальных взял с собой. Ведь пока пешком доберешься до искомого поместья, как раз начнет темнеть. Его расчеты оправдались. Солнце еще не село, а барон смотрел с пригорка на двухэтажный каменный дом, окруженный разными пристройками. Поместье явно не из богатых. Это хорошо, значит, народа в нем не будет много.
На Ловкача и одного из парней, что поменьше ростом набросили купленную по дороге дешевую ткань. Ничего, в темноте не сразу разберутся, что это не девушки. Взяв с собой Белку и Маркиза, а Грейта оставив с остальными семью парнями следить, чтобы никто не смог убежать, Лайс двинулся к дому. Его уже заждались. Он это понял по тому, как еще не доходя дома дверь открылась, и показался пожилой мужчина с длинными волосами. Значит, раб.