Луч 7. Магия и порядок. Некоторые шаманы делают из бамбука трубки и курят. А это – магический ритуал. Так что некоторая мистичность у бамбука есть. Она скорее игровая «Пошутить, Мессир, исключительно пошутить». Завести неосторожного путника в бамбуки, поиграть с ним там пару тысяч лет, и отпустить, наградив какой-нибудь уберплюшкой, которая сделает его жизнь незабываемой…
Интересно посмотреть на отношение бамбука со смертью. Если железное дерево или, например, кипарис презрительно скажут ей: «Сломаешь косу», то бамбук улыбнется: «Задолбаешься косить». Из киногероев бамбук – это Карлсон, который живет на крыше. Вечно молодой, вечно пьяный. Из планетарных логосов – это конечно Земля. Молод и горяч.
Представим себе бамбук императором. «Велеречивый» – это не про него. «Светозарный»– вряд ли. «Тишайший»– точно нет. «Бамбук IV – красивый» – да, но это не основная его черта. Да и вряд ли бамбук полез бы во власть. Ну, в крайнем случае, он стал бы императором всея Кубы. Да и то ненадолго. Не любит он ответственность. Ему нужно солнце, море, фрукты и свобода. Поэтому бамбук во власти – это вождь небольшого племени- «Великий бамбук». Если посмотреть на бамбук, как на законодателя мод, то но ближе к Сумасшедшему шляпнику, чем к Кристиану Диору. Какие шляпы творит бамбук? Как венценосная особа, он создает венцы. Терновый бамбуку не к лицу. Лавровый – не всегда по случаю. А вот венок из одуванчиков – в самый раз.
Посмотрим на бамбуковую поэзию. Обычно стихи пишет не бамбук, а о нем: «Чист и светел его лик; и бамбук его велик!». Сам же бамбук не пишет стихи, толи в силу природной скромности, то ли лени. Но если бы писал, то они напоминали бы любовную лирику тандема Беллы Ахмадулиной и Павла Кашина. «На счастье, или на беду, тебя я в бамбуки веду; о том нам скажет пятый ангел, что вострубит в свою дуду…». Если бы он был певцом, то его репертуар состоял из баллад, являющихся синтезом песен Филипа Киркорова, Виктора Цоя и Бориса Ельцина. «Зайка моя, закрой за мной дверь, я ухожу». Гимн бамбука – это, кончено, песня Зимовья Зверей: «От рождества до рождества». Что же касается герба бамбука, то, поскольку бамбук парадоксален, подходящим для него гербом была бы надпись на кирпичной стене: «Бамбука нет». Здесь можно проследить аллюзию на Бродского. «При чем тут Бродский?»– спросите вы меня. В том то и дело, что ни при чем. Я же говорю: «Бамбук парадоксален».
Если мы рассмотрим символические аспекты бамбука, то легко видеть, что в нем присутствует мужской аспект- стебель и женский- пустота внутри. И, как предмет, содержащий в себе оба этих начала, бамбук – это символ творения. Он, как шивалингам, только наоборот. Нельзя сказать, чтобы бамбук был ярким индивидуалистом, как например, кипарис. Но он и не массовое сознание, как осока. Полагаю, что он символизирует сознание группы. Бамбука много, но он один. И бамбуковая роща- единый организм, что олицетворяет изолированное единство. В общем бамбук- истинный Водолей.
Можно сказать, что бамбук, по природе своей, одиночка. Но, поскольку он окружен сам собой, и в своей компании ему хорошо, – это скорее плюс для него. По кампании бамбук не страдает. Кампания платит ему тем же. Чтобы разобраться в отношениях бамбука с женщинами, необходимо ввести иррациональные числа. Вы знаете, как корень из минус единицы относится к Пи в степени Е? А бамбук знает.
Если бы бамбук был оружием, то он, кончено – бумеранг. До высшей точки бамбук долетает. Бамбук- истинный бесформенный воин. Весной он зелен, осенью желт, зимой черен. Нет у бамбука окраски определенной.
Можно было бы посмотреть на бамбук с точки зрения органов восприятия. Каков бамбук на вкус, на ощупь, как он выглядит, как пахнет, как звучит, но, пожалуй, пора остановиться. Вдумчивый читатель может сделать эту работу самостоятельно. Полагаю, ее суть ясна.
Работа с ментальным телом. Часть I
Выбрось свой разум.
(Дон Хуан)
В начале главы я приведу несколько цитат.
Ничто не факт, пока сознание, разум и опыт человека это не подтверждают. (Будда)
Я знаю, что ничего не знаю. (Сократ)
В случае с инвентаризацией первого внимания, – продолжал дон Хуан, – видящий не может не подчиниться. И он подчиняется. Однако, как только инвентаризация проведена, видящий выбрасывает ее. Ведь Орел не заставляет нас делать из нее культ. Он дает лишь команду на её осуществление, не более. (К. Кастанеда «Огонь изнутри»)
Во всех случаях, когда воин должен связать себя с верой, он делает это как выбор, как выражение его глубочайшего предрасположения. Воин не верит, воин должен верить. (Там же)