Снова эти двое что-то удумали… Сейчас и Алекса для полной компании втянут. Надеюсь, в Радограде троица не успеет перевернуть терем с ног на голову. По крайней мере на счет княжеской казны можно быть спокойным.
Отряд упаковал в свои сумки теплую одежду, которая пришлась впору. Мы собрались и покинули горницу под пристальный взгляд Анисьи Егоровны и веселые зазывные речи Тихомира. В этом же, тереме оборотень наделил нас комнатами. Рене выбрала самую дальнюю, наивно полагая, что тем самым огородилась от меня. Она, верно, позабыла про безопасность и то, что к ее подсознанию получил доступ свихнувшийся старикашка. Молча принял распределение. Мы все равно будем спать в одной кровати. Какая разница в какой комнате?
Достоянием народа Тихомир посчитал бани. Мои любимые бани из небесного города сильно отличаются от здешних, но я испытал удовольствие. Оборотни обожают париться на высоких температурах. В то время, как драконы наслаждаются колебанием между 60 и 75 градусами тепла, при небольшой влажности воздуха. И в чьих еще жилах течет огонь?
Разгоряченный славной парилкой шел в хорошем настроении по терему и мурлыкалпод нос давнишнюю мелодию.
- Тужил ли ты на чужих землях? Вспоминал ли края родныя? – спросил из открытой двери старушечий голос, в котором я сразу признал Анисью Егоровну – главную няньку княжеских детей.
- Анисья Егоровна, ну… Не надо, - тяжело попросил Тихомир.
Остановился. Если пойду дальше, то меня заметят и тем самым прерву беседу. Лучше открою портал и спокойно доберусь до комнаты. Разговор двух оборотней набирал щепетильный оборот.
- А как иначе? – отчаянно заговорила нянька. – Нет, уж уразуметь ты должен. Как после смерти матушки тяжело всем стало. Кручинились твои братья и сестры, народ горевал, а наш царь батюшка отдыха не знал днями и ночами, маялся думами страшными о смерти княгини. Не стыдно в глаза близким смотреть, окаянный?
Разыгрался интерес и решил повременить с порталом.
- Вам ли не ведать, как моя душа слезами обливается о смерти матушки, - проговорил сломлено Тихомир. – Я повинен и нет мне прощенья.
- Знаю… - со вздохом согласилась нянька. – Однача в место поддержки и разделения царевых обязанностей, ты в купцы заморския подалси. Егда сестрица твоя Любавушкатраур поносить не успела, как замест матери всем управлять стала. Какой после этого из тебя княжич? Да, что княжич, старший брат!
Тихомир молчал. От него слышались душевные страдания, страх и стыд. Совесть наталкивала оборотня на раскаяние из-за страшного и непомерного чувства вины. Однако оборотень молчал.
- Алексей с Елисеем и Митрофаном маленькие, пока посему и рады тебе. Не ведают до конца, какой подлый поступок ты совершил. А вот, Велимир вопросы задавал Любаве и мне, почему да как. Забавушку нынче не узнать, - в упреке вещала Анисья Егоровна.
- И что вы молвили? – обессилено спросил Тихомир.
- Не мне корить тебя в глазах парня. Млад он ещё для сей ноши.
В голосе няньки была досада. По всей видимости она скрывала настоящую причину действий Тихомира от младших. Как говориться ложь во благо. Несмотря на все побуждения к раскаянию, она испытывала печаль и жалость к Тихомиру.
- Зато тятька, поди сказал, - больно усмехнулся оборотень. – Мы с ним бранились, как собаки, оттого мать слегла с болезнью. Я ушел из дома, и она умерла. Услышав об этом, разве имел право возвращаться? Все княжество знает, что променял я родное гнездо на торгашей заморских. Бояре и те знаться со мной не желают. Кто я теперь?
Затянулась тяжелая тишина. Словно небо решило упасть, и лишь твои плечи удерживают все от разрушения.
- Князь Батюшка запретил глаголить о тебе, - мрачно поведала старушка. - Он чуть не лишил тебя наследства, за побег и пообещался высечь любого, кто упомянет имя твое в тереме.
- Но Любава же получала весточки, - забеспокоился Тихомир.
- Любава – княгиней премудрой будет. А посему знает кому письмеца являть напоказ, а от чьих злых очей прятать. После твоего поступка, она никого видеть не хотела, а юноши в час неугодны стали. Ох, сложно будет молодцу Микуле подход к ней найти… - закручинилась старушка. – Любава нарочно оставила весточку перед князем, чтобы тебя домой воротить. Уж, очень она хотела свидится с тобой в последний раз. Потому Забаву к тебе на встречу выслала.
- Сказки, - мотнул головой Тихомир. - Любава всегда была с характером.
- Не помешало бы и тебе отыскать свой, - не полезла за словом в карман Анисья Егоровна. – Матушка твоя, давно хворала. Не повинен ты в ее смерти. Помирись с отцом и жизнь наладится.
- Я обещаю воротиться с повинною и принять наказание от отца, - отчеканил царевич.