- Бери перо и пиши ей, что пора выполнять контракт. Она по-прежнему член тайного отряда. Этим письмом ты задашь ей стимул продолжать жить. Или мне надо предоставить тебе выбор, чтобы подстегнуть рвение?
* * *
Вольдемар Гуннор
Северный полюс,
Племя белых медведей Ёмга.
Я столько сил вложил в это создание, столько труда и все в бездну! У ног лежал огромный белый медведь с раскрытой пастью, из которой вытекали зеленные пузыри. Глаза его покраснели, зрачки сузились и закатились. Бешенство тихо одолевало изнутри. Эксперимент провалился. Подопытный не выдержал дозировки и сдох. Какое расточительство. Вокруг одни слабаки. И как мне найти достойных среди этого сброда?
Бросил пустой флакон в стену. Стекло со звоном разбилось на мелкие осколки. Медвежий труп стал испускать зловоние, и я сморщил нос. Позже сниму с оборотня цепи и солью кровь. Стоит ещё кости оставить. Неплохой жезл выйдет из бедренной кости белого медведя.
Горячий смрад заполонил иглу и в ней стало невозможно находиться. Сдохшие медведи пахнут отвратительней всего. Омыв руки после скверны, вышел из снежной берлоги. Погодка на северном полюсе тоже не радовала глаз. Пурга большими хлопьями заносила всю округу, стирая грань между небом и землей. Хорошо, что идет полярный день. Пурга рано или поздно уймется и солнце будет освещать мое величие. Ненавижу холод.
- Маг! Маг! – донесся до слуха детский крик. - Вас зовет совет!
Маленький мальчишка подбежал ко мне в слезах с растопыренными черными волосами и в смятой кухлянке, доходившей ему до пят. Небрежный вид мальчонки окончательно сгубило настроение. Не переношу вопящих детей. Он упал на колени и начал хвататься за подол моей мантии. Слабое глупое создание опротивело и со злости пнул его ногой. Маленькое отродье отцепилось и утирая снег с лица, еще больше заливался слезами.
- Никто не смеет приказывать мне! – рявкнул я на него. – Иди убери. Твой брат оказался слишком слаб, чтобы принять мои силы.
Отпихнув ногой с пути мальчишку, который ещё не прошел оборот и запахнул поглубже мантию. Холод во льдах дело серьезное. Однако все равно не надену на себя то тряпье, что носят здешние оборотни. Я аристократ! Еще не пал так низко, чтоб принимать подачки от своих рабов. Не могу сдержать омерзения при виде как эти дикари носят на себе шкуры других животных. Тошнотворное зрелище.
Пробираясь сквозь пургу, утопая по пояс в снегу дошел до главного яранга. Деревня по меркам севера была достаточно населенной. Хотя как по мне, двадцать иглу ничто по сравнению с столичными городами. Да, в моем подчинении не найдется таких маленьких деревень. Давно всем известный факт – оборотни никогда не отличались мозговитостью.
Большой шатер неправильно-многоугольной формы, покрытый шкурами оленей мехом наружу, встретил меня теплом и грозными лицами дикарей. Вожди племени собрались вместе с крепкими сыновьями и ни те, ни другие не жаловали моего присутствия. Глупцы, которые не ведают что творят, нагло пялились свысока. Бесстрашно, я прошел внутрь кривого яранга к огнищу и откинул капюшон. Правитель не показывает страха своим людям! Обойдя взглядом собравшихся нелюдей, держал речь.
- О, неверные! Побойтесь же гнева моего, яко час возмездия близок.
Среди нелюдей никто не склонил головы. Оборотни непоколебимо сидели на мехах, с топорами в руках. Невежды!
- Пускай говорит шаман, - воскликнул один из вождей. – Духи огня и воды укажут ему путь.
В яранге воцарился одобрительный гул голосов. Ну что за темные неучи? Без шамана дальше своего носа не видят. Дурачье!
К костру вышла старая женщина с бубном в руке. От одежды на ней осталось одно название. С изношенных лохмотьев, кусками и веревками свисали шкуры, увешанная амулетами и тотемами, а на сморщенном лице с длинным носом виднелись линейные татуировки. Какая некрасивая женщина. Однако видя, как расступается перед ней народ взбесился. Старуха явно пользовалась уважением и почетом.
- Она колдун. Она ведун. Она шаман. Сама с собою в трёх мирах. Предки правду скажут, а духи путь укажут. Шаман. Она пришла…
Отовсюду слышался благоговейный шепот нелюдей. В полуприседе старуха пошла плясать вокруг огнища, сотрясаясь и корячась, чуть ли телом не ложилась на огонь. Открыв сухой рот с бесцветными губами, шаман запела противным скрипучим голосом, ритмично ударяя в бубен костлявой рукой.