Выбрать главу

В дворцовом саду тихо и прохладно. Вечер. Император с женой медленно идут по дорожке. Они одни. Телохранители рассредоточились по краю сада и стараются не попадаться на глаза. Запах ночной фиалки смешан с полумраком.

— Я никогда раньше не слышал имени Нарриэля. А ты назвала его принцем. Кто он?

— Мой младший брат. — Эльнираэль опустилась на скамью, опираясь на руку Людвига. — Был. Род Огненных Листьев переплетен с правящим родом Рассвета. Моя мать умерла рано, мне было всего десять лет. Она не стала выбирать преемницу, всем и так было ясно, кто станет королевой. А пока правил мой отец. Вскоре взял молодую жену из Огненных Листьев. Она родила сына, которого нарекли Нарриэль.

Император сел рядом с ней.

— Он жив?

— Нет.

— Как это случилось?

— Во время Войны. Но об этом ты и сам мог догадаться. — эльфийка погладила руку мужа кончиками пальцев.

— Расскажи мне.

Вылазка прошла неудачно. Мало того, что разведчиков обнаружили орки, наблюдавшие за имперским войском, так ещё они не успели вовремя уйти и ввязались в стычку. Двое были ранены. А Власта убедилась, что всех её талантов недостаточно, когда противник — здоровенный орк с топором, полжизни этим самым топором махавший. Нет, она не пострадала. Прикрыли, защитили, и даже доставили обратно.

Но в лагерь Власта не вернулась. Навстречу отряду выехал сам эльфийский принц со товарищи. И, помахав приказом военачальника, забрал девушку с собой. В эльфийскую ставку, расположенную в дне пути от имперской. Его отряд остался с людьми. Сопровождали Нарриэля лишь его телохранители. И всё же заговорил дивный лишь когда разведчики скрылись за холмом.

— Ты выбрала интересный способ самоубийства. Испугалась сражений? Или решила за что-то отомстить своему… жениху? Прямое нарушение приказа военачальника карается смертью. Ты не могла этого не знать.

— Я не… он мне не жених.

— Хорошо. — Дивный склонил голову, разглядывая её лицо. Лошадь под ним шла медленно. Поводья отпущены, руки эльф скрестил на груди. — Продолжай.

— И я не хотела ему мстить. Просто… я воспитывалась как воин. А сейчас вынуждена сидеть в ставке и готовить освежающие отвары для военачальников.

— Жизнь женщины представляет большую ценность. Её нужно оберегать.

— Тогда для чего меня учили как мужчину?

— Отец хотел защитить тебя.

— Знаю. А я сейчас хочу выполнять свой долг. И защищать свою землю.

Дивный улыбнулся

— Пожалуй, я тебе помогу.

— Как?

— Для начала, я добился разрешения военачальника на то, чтобы ты попала в мой отряд. Естественно, на тот момент о твоей самоубийственной авантюре никто не знал.

— Кроме тебя.

— Я знал, чего ожидать. Теперь я несу ответственность за все твои поступки.

— Отлично. — Власта отвернулась.

— Не думай, что для тебя это обернется дозволением делать, что пожелаешь. Ты решила быть воином — хорошо. Ты им станешь. Эльфийским воином.

— У меня нет сотни лет на каждодневные тренировки.

— И не понадобится. У тебя два месяца.

— Но…

— Война без тебя не закончится, не бойся.

— Этого я не боюсь.

— И правильно. — Принц усмехнулся. — Стоило бы на это надеяться, однако наивность не свойственна ни тебе, ни мне.

Они подъехали к эльфийскому лагерю. Власта убедилась, что дивные даже в походе смогли устроиться с большим комфортом, чем люди. Кольцо легких шатров из эльфийского шелка, тонкого и, после особой обработки, не пропускающего воду. Родник, бьющий в большую чашу из прозрачного стекла, в центре. Вокруг — живая ограда из колючего растения со светящимися белыми цветками. И сигнальный контур на расстоянии ещё нескольких десятков метров от лагеря.

Всё же, предназначался он скорей для тренировок воинов и восстановления раненых. Отряды, участвовавшие в первых сражениях, располагались ближе к степи, вместе с людьми или отдельно. Сюда, к самому Синему лесу, орки ещё не добирались. И доберутся нескоро.

— Для тебя поставят отдельный шатёр. До утра можешь отдыхать. С завтрашнего дня начнется твое обучение.

Девушка лишь усмехнулась. Она нисколько не сомневалась, что сможет удивить дивного. И заставит смотреть на себя с уважением, а не этой его насмешливой улыбкой. К досаде было примешано немало радости, ведь теперь она будет видеть его каждый день. Даже обязана будет…