— Ох, Моно, наш Изя оказывается такой комик, куда там Джеффу. Ох, какой талант пропал.
— Да он такой, всё тихоней прикидывался, а в бункере вся его натура наружу и вылезла, только гранатой и остановили этого берсерка. А то он бы всех пиратов в одиночку покромсал. Нам бы никого не оставил. Как он там орал по связи: «Всех убью, всех убью!» и убил бы, УБИВЕЦ!
Народ начинает ржать ещё громче, причём к смеющимся присоединился и Исаак.
Встаю и подхожу к Китти, заглядываю в коляску, с умилением глядя, на спящую Лили. Даже наш смех не разбудил малышку. И теперь понятно, отчего Ленку так придавило желанием иметь детей.
— Правда она красавица? — Шепчет, прижавшаяся ко мне, подруженька.
— Маленькая котейка?! Конечно, у двух таких красавцев, да разве может быть по другому?! Как дела в лаборатории, есть подвижки?
— Мы вроде нащупали решение, но почему-то не получается наладить стабильный выход. Пока лишь каждая двадцатая партия вакцины пригодна, а это микроскопически мало. И это в лабораторных условиях, а нам надо изготовить миллионы доз. Так что пока идёт она только своим, ну и детям на флоте.
— Так что? Вайли наконец-то вылезла из скафандра?
— Это да, они придут сюда через два месяца, но возник вопрос с аллергомодификаторами для Земли. Ну, надеюсь Манул справится к сроку, там ничего сложного. И Валюша сможет прогуляться по Земле без сьюта и респиратора.
— Дай-то бог.
— Сама-то, как? — Спрашивает Котёнок.
— Видишь, ползаю потихоньку. Только мне ещё долго восстанавливаться, эх как там наши на «Нормандии» интересно?!
— Готовят корабли к модернизации, Татум наконец-то доделал Тантал. И стэлс-системы, и новые движки с «холодной» плазмой. Так что, скорее всего, весь следующий год будут на Лазурной, на стапелях сидеть, вместе с инженерами группы Октавиуса.
— Ну и ладно, Дэвид приезжал, но ничего определённого не сказал. А теперь всё понятно, значит наша птичка станет первым СТЭЛС-фрегатом Альянса. Здорово!
— А что с тобой будет?
— Дэвид сказал, как восстановлюсь, меня и ребят отправят в N7. Сделают из нас совершенные машины убийства.
— Ты и так машина убийства. У меня волосы на голове шевелились от того, что я увидела в записи. Бедные вы, идти в самоубийственную атаку, только чтобы спасти детей. Ужас просто. Ещё эти орали по головизору, мол договариваться надо было. С такими договоришься, пока болтаешь они всех заложников убьют.
— Ну, думаю, подготовка лишней не будет.
— Слушай, я всё спросить хотела, да и наши интересуются. То что твои ребята так слаженно работали, это ведь твоя заслуга, так?
— Угу, только чур, молчок об этом. Эту технику я подсмотрела у одних разумных, только вот ни разу не использовала до этого, боялась. А там, страха не осталось, только решимость, гнев и ярость. И всё у меня получилось. Я как бы растянула свою интуицию и скорость восприятия на всех наших ребят. Мало того, мы знали, что каждый из нас делает в данный момент времени. Уподобились гетам, объединившись в своеобразную сеть. Что позволило нам превзойти пиратов в выучке многократно.
— Но по связи шли диалоги и команды?
— Они лишь дублировали то, что мы сообщали друг другу ментально.
— Точно, я заметила, что движение начиналось ещё до того, как закончится команда. Здорово, и много разумных ты можешь так объединить?
— То число, что было в бункере, почти предел для меня, да и откат такой, что последствия ты можешь наблюдать сейчас со мной.
— Ужас какой! Так что, объединить всех у тебя не получится?
— Нет подруженька, но я надеюсь на помощь других. Тех кто научил меня, вот они-то как раз могут это сделать легко. Вопрос в том, захотят ли?
Джон (Иван) Шепард (Центр Подготовки Войск Специального назначения, Акрабат, Туркменская ССР, Земля 10 апреля 2381 г.)
Вот и закончились полгода в аду под названием «подготовка N7». В чёртовой Туркмении, где днём невыносимо жарко, несмотря на зиму, а ночью невыносимо холодно. Тренинги, выходы, ползание по горам. Постоянное недосыпание, недоедание и жажда. Психологическое давление, и постоянная готовность к обороне или нападению. Инструкторы — звери, но именно они закалили Ивана, проковали и без того великолепный клинок его способностей, до совершенства. Сколько раз он хотел плюнуть на всё и ударить по металлической рельсе кувалдой, признавая что не в силах больше терпеть, но что-то останавливало его. Может быть гордость, а может страх. Страх посмотреть в глаза матери и дяде, после того как струсил, сбежал с курсов подготовки.
Их было шестьдесят, сорок мужчин и двадцать женщин, пришедших сюда чтобы испытать себя. Все молодые, сильные, опытные. Прошедшие мясорубки высадок и боёв с пиратами и корсарами Гегемонии. Ветераны. Осталось двадцать, десять мужчин и десять женщин. Девоньки-то покрепче оказались многих парней и потеряли лишь половину своего состава, а парни — три четверти.
Вспоминались выходы в спецусловиях, на Луну, где они три дня выходили в указанную точку в скафандрах. Под конец, даже замена патронов-поглотителей не спасала от вони внутри. Затем был выход в Якутии. Господи, Иван никогда не думал, что на Земле бывает так холодно. Плевки замерзали не долетев до земли. Выживание продолжалось неделю, термопалатки, термобельё, термокомбинезоны, всё термо. И не дай бог хватануться голой рукой за оружие. Винтовки промерзали так, что иногда отказывались работать, и приходилось разогревать их в специальном режиме. Даже в условиях вакуума таких проблем не было.
Все они, уже несколько месяцев жили в одной казарме, вместе ели и пили, вместе ходили, хотя скорее ползали, в душ. Никто уже не обращал на половые различия никакого внимания, впрочем, десантники которые были среди курсантов, не делали этого с самого начала.
Вот и сейчас одна из девушек, одетая только в плавки, как-то отрешённо глядя в стену, сидела на койке, слегка раскачиваясь.
— Неужели всё закончилось?! — Тихо спросила она.
По казарме загуляли нервные смешки. — Что, не верится, Кортез? А ты выйди и пошли шеф-инструктора куда подальше! И посмотри что тебе будет. — Сказал кто-то.
— Пошёл ты, Гиббс, я ещё не настолько устала от жизни, чтобы нарываться на скандал с шеф-инструктором. Хотя, последнее время, такие мысли и гуляли в моей голове.
— Не у тебя одной, я тоже задумывался о чём-то подобном. — Пробормотал Иван, но его расслышали все.
— Героя Альянса не взяли пираты, а самая обычная шеф-инструктор, чуть не довела до суицида? Так что ли, Шепард?!
— Она была очень настойчива, и у неё почти получилось.
— Но почти не считается, так Джон?
— Ха-ха-ха-ха, не считается! — Отвечает Джон.
— Есть тема, полетели в Москву и устроим там праздник, закатимся в Метрополь, да и вообще погуляем по городу, в музеи походим, в Кремль. Как вам такое?
— Нормально! — Загомонила группа, все обменивались мнениями куда пойти в первую очередь, а куда во вторую.
Иван сидел и молча слушал, ему было всё равно куда идти и что делать, лишь бы не то, чем они занимались последние полгода. Н-да, вот уж спрятали его, так спрятали. Ни один журналюга не найдёт. Ребята из группы поначалу слегонца проехались по немереному героизму Джона Шепарда, раздутому командованием. Парень ответил, где он всё это видел, причём не стесняясь в выражениях. Был признан нормальным мужиком, которому не повезло и всё вошло в обычную колею.
В редкие моменты отдыха, народ смотрел новости, а там шло ликование по поводу победы наших над Гегемонией, раздавали слонов и прочие ништяки. Славословили по поводу безразмерного героизма наших войск, особенно десанта, который чуть не голыми руками способен порвать любого врага. Глуховато одобряли действия Джейн Шепард, которую все уже в открытую называли «Торфанский мясник». Про саму девушку ходили лишь смутные слухи и что в них правда, а что выдумки, было совершенно непонятно. Так же был полный туман по поводу её биографии. Вообще, во флоте практиковалось, что известным офицерам лепили откровенную липу, дабы обезопасить родственников от посягательств психопатов и папарацци. Но тут похоже и лепить не пришлось. У девушки была такая биография, что сам чёрт ногу сломит.