— На эту посмотри! — Говорит напарник. — Огонь просто!
Найлус открыл последнее дело, увидел голографию и завис. На него смотрела своими невероятными зелёными глазищами, рыжая девчонка с базы Форт-Брэгг. Музыкант, певица и сильный биотик Джейн Шепард. Её дело было потрясающим, по объёму больше всех остальных. Уже капитан-лейтенант, старший помощник на СТЭЛС-фрегате «Нормандия». Но начала она, как и многие до неё, с рядового в десанте, учебка с отличием. Вышла капралом и за первую же высадку, получила мастер-сержанта и серебряную звезду. Служила, кстати, под командой того самого Андерсона, которого завалил в СПЕКТР Сарен. Дальше больше… — Найлус читал её дело, как остросюжетный роман, десятки боевых операций, многие на грани провала, но каким-то чудом выиграны. Множество ранений и наград, включая дважды героя Альянса систем. Великолепный снайпер и разведчик, при этом могучий колдун. Прошла подготовку N7. На таком молодом лице, прямой тонкий шрам от брови до губ. Взгляд насмешливый и дерзкий. Девушка знает себе цену и Найлус понял, что нашёл себе ученицу. Такую, что прославит его имя, как наставника, или утопит с концом, окончательно погубив не самую идеальную репутацию. Именно она, тот самый «Мясник Торфана» и пиратский «ужас».
— Ну как тебе она?! — Спросил Таррен.
— Отлично, но самое удивительное дружище то, что я её знаю.
— Ты её ЗНАЕШЬ?! Но откуда?
— Помнишь, я рассказывал, как летал на Землю с делегацией иерарха Виктуса?
— Помню, там ещё и азари были из свиты этой «милитаристки» Этиты, так?
— Так, вот там-то я с ней и познакомился, мало того, я ей жизнь спас.
— Ты-ы-ы?! Ну, брат, ты просто везде успеваешь!
— Ха-ха-ха-ха! Ну не совсем везде, но кое-где успеваю. Кстати, Джейн свободно говорит на нашем, и вообще, разбирается в традициях и укладе.
— Джон кстати тоже! Ты посмотри на приписку внизу личного дела, там написано, дерро Таанир. Парень один из нас по ритуалу названного братства. У него есть отец, мать, братья и сёстры в нашем народе. Так что, по идее, он может свободно приехать на Палавен и участвовать в Ассамблее кланов. Как тебе?
— Хм, очень интересно, но есть один момент тогда. Земные журналюги раскопают этот момент, а они его раскопают. Станут орать, что мы берём в Спецкорпус только своих, даже если эти свои и люди. Ещё скандал раздуют, будут вопить о засилье потомственных военных в спецслужбах. И вообще, семейственности и кумовстве.
— Это да, это они запросто смогут. Что бы доброго и полезного, так не дождёшься, а это они моментом. Особенно эта скандалистка Калисса Бинт Синан аль-Джилани, вот же упрямая баба. Постоянно огребает ото всех подряд, однако её это, кажется, совершенно не останавливает.
— Мазохистка?
— Наглый пыжак, но популярна, похоже, именно за это.
Мужчины рассмеялись.
— Ну и что ты решил, Найлус? Кого берёшь? Мне вот японочка нравится.
— Да ты что! Она конечно серьёзный военный, но при этом опытный командир и я её младше, что может повлечь проблемы с подчинением, да и обучить уже будет сложно. Возраст! С немцем та же проблема, если бы не Джон и Джейн, вариант вполне нормальный, но по сравнению с ними…
— Значит Мясник?
— Не называй её так, вполне профессионально сработала. Самое главное, очень эффектно! Олигархи сразу прониклись.
— Дело конечно твоё, но молодая девчонка или ты ещё что замыслил?..
— Да пошёл ты, Спектр Джаррс, знаешь куда?
— Всё, всё, молчу. Ха-ха-ха-ха!
— Что ты смеёшься, она, между прочим, азари предпочитает, даже своим мужчинам.
— Можно подумать, тебя это остановит если что?
— Ну, она вроде как, человек…
— Ой, ха-ха-ха-ха! Будто это когда-то кому-то мешает, а? Симпатичная да? Хоть и человечка. И они такие мягкие и ласковые, м-м-м…
— Есть такое. Хотя. Да что я тебя слушаю, совсем сбил с настроя. Тебя что, кроме девок вообще ничего в этом мире не волнует?
— Ну почему же, работа волнует. И девки, тут ты прав. Человечки ещё и на азари так похожи, а волосы какие мягкие, просто прелесть.
— Тебе что, дружище, вообще наплевать на расу?
— Не совсем, но мы ведь с людьми так похожи на самом деле. Есть у меня на Омеге одна подруга из людей. Техником там у Арии работает, так она в постели такой огонь, куда там нашим, а губы какие мягкие и сама вся такая хрупкая и ласковая. Ох-х-х. Что-то я размяк совсем. Надо Сару навестить, соскучилась поди по мне. Эх, если она меня до отставки дождётся, женюсь, наверное, на ней и уеду куда-нибудь в поливидовую колонию, да на тот же Мендуар. Мне там ни слова не скажут.
Найлус удивлённо смотрел на друга.
— Что удивлён?!
— Да, очень! У тебя по всей галактике подруги, а тут такие намерения.
— А жизнь она такая, брат. Странная. Я сам себе удивляюсь порой.
— А как же дети?
— Псст! — Зашипел друг. — Нашёл проблему. Экстракорпоральное оплодотворение не мною придумано, да и усыновить можно легко. Я же Спектр, ладно, Найлус, пойду я пообедаю. А ты сиди и решай кого выберешь. Я тебе, больше советовать не буду. — Таррен поднялся и вышел из кабинета, оставив Крайка в совершенно растрёпанных от откровений друга чувствах.
Женька (Лазурная, ремонтные стапели, Нормандия 20 января 2383 г.)
Иду, щёлкая магнитными подошвами по полу дока, он почти пуст, нет нагромождений ящиков. Все они уехали на склады пустыми. Мы собирали и разбирали наш кораблик множество раз, делали то одно, то другое. Только соберём одну систему, как начинает сбоить другая. Всё разбирается и переделывается, кажется мне всю оставшуюся жизнь будут сниться технологические тоннели моего корабля. Эти пучки кабелей и тянущиеся во все стороны трубопроводы системы теплоотвода. Всё это тянулось месяц за месяцем, а система СТЭЛС всё никак не хотела работать как положено. Татум похудел и стал напоминать бродячего кота с помойки, в драном унике и с горящими безумным огнём глазами. Мы все, и космонавты, и десантники из всех четырёх экипажей, стали будто банда бомжей. Вместо изодранных в хлам я купила ещё шесть уников и изодрала и их. Под конец, мы уже отчаялись заставить всё работать и в речах людей всё отчётливее замелькало пожелание бросить это безнадёжное дело и вернуть все корабли в обычное состояние. Но вот, где-то в августе наметился прогресс, и все проблемы постепенно благополучно разрешились. После тяжелейшей аварии на «Эль-Аламейне», в результате которой пострадало много ребят, включая самого капитана Казимира Влачека, которому отлетевшим обрывком трубопровода порвало КОКОС и он в разгерметизированном корабле досыта надышался вакуума. Благо, что Казима не списали с концом, а направили в достославную Балаклаву. Ребятам же с «Эль-Ала» пообещали нового капитана из достойных. После чего все проблемы сообща решали лишь на «Норме». Оставив остальные систершипы на потом, когда у нас выловим всех блох.
Приезжал командующий эскадрой, облазил все корабли и «Норму» заодно, послушал нас и инженеров. Покачал головой, а потом спросил Татума о причинах задержки и инженер ответил, что теория не выдержала практики и всё пришлось пересчитывать по новой и из-за этого переделывать половину узлов, так что все претензии к технологическому институту на Земле, который так замечательно всё посчитал.
Михайлович рыкнул, но всё-таки поинтересовался, кто настоял на идее передать расчёты из R.E.D.S. стороннему институту. И получил закономерный ответ: комиссия Конгресса по флоту. Мы, глядя, на то краснеющего, то бледнеющего контр-адмирала уж грешным делом опасались, что мужика хватит удар от злости. Говорят, он после на узле связи так орал на конгрессмена Хаксли, главу комиссии, что у бывалых связистов вяли уши. А я поняла, кто слил информацию по «Нормандии» и системам СТЭЛС Церберу.
Когда всё закончили, устроили учения максимально приближенные к боевым. Ушли к ретранслятору и прыгнули в соседнюю систему. Подождав там несколько часов, прыгнули обратно, а власти колонии вместе с флотом обороны подняли по тревоге и настропалили искать нас. И искали на полном серьёзе, задействовав все сети дронов наблюдателей, минные поля и три сотни боевых кораблей всех рангов. Не нашли! Мы прокрались к основным верфям и произвели съёмку, после поставили несколько учебных мин. Это такая ракета в пенале, которая висит и ждёт пролетит или нет кто мимо, и если пролетающий не даст ответа на запрос свой-чужой, то всё, ракета выстреливается из пенала и вперёд на врага. Вот на этих штуках и «подорвался» крейсер командующего сектором, вместе с ним на борту. Мы краешком глаза посмотрели на начинающееся шоу, пожар в борделе во время наводнения и слиняли от греха подальше. Надо сказать, что на заключительном этапе учений мы сидели в БИЦ в нижнем белье, обливаясь потом. Температура в итоге, дошла до пятидесяти градусов по Цельсию. Но дело своё мы сделали. Наблюдавший за этим Борис Петрович, пришёл в сугубый восторг от возможностей нашего корабля и приказал всемерно ускорить работы на остальных. Но, по здравом размышлении, признал, что все экипажи и инженерные группы вымотаны и нуждаются в отпуске. Дал нам всем два месяца «на отдохнуть» и после, с новыми силами, приступать к работе. И скорее довести оставшиеся корабли до рабочего состояния. Я, предвидя ситуацию, вызвала всех своих к себе заранее, предложив провести совместный отпуск на Лазурной. Народ подумал и согласился, погрузили в «Барсука» модульную передвижную лабораторию и прилетели всей компанией сюда. Расположились на берегу местного мелкого океана и знатно отдохнули вместе с капитаном и Джокером. Так же осталась дежурная восьмёрка операторов и Прессли. Старший навигатор сказал, что ему пока не к кому ехать, а раз так, то можно отдохнуть и здесь. Моя пятёрка же, разлетелась по домам. Сказала ребятам, что в ближайшие годы случая навестить своих может и не представиться, так что пользуйтесь моментом и передавайте от меня привет родным. Ребята меня слегка потискали и умчались.