— Идём, дитя моё. — Сказала она, оторвалась от Ли, встала подала ладонь девушке и когда та встала, пошла к дверям. Весь оставшийся вечер, они просидели рядом, почти не отрывая рук. На всё это с улыбками смотрели Бенезия и Этита, и с немалым удивлением её мужчины.
Половина следующего дня запомнилась ей плохо, когда они со Стивеном только приехали на Совет. Брат сказал ей, что «Нормандия» благополучно пришла на Цитадель. От этой новости женщина почти не слышала, о чём говорили на Совете. Все её мысли были там, на квартире, и едва совещание закончилось, брат, видя её состояние, вызвав такси, сразу же полетел домой.
Вот и нужный этаж, двери сами распахиваются, загорается свет в прихожей, Даян скидывает ботинки и, забыв про тапочки, босиком идёт в зал, а там…
Около кресла стояла она, невысокая фигура, облачённая в лёгкий сарафан, оставляющий открытым плечи и руки, покрытые тоненькой багровой сеточкой шрамов, переходящих на лицо. Багровые, распущенные волосы и горящие, ярким светом малахитовые глаза. Время будто застыло, сердце в груди почти остановило свой стук. Даян смотрела, как её девочка медленно пошла навстречу, всё быстрее и быстрее, подошла, на миг застыла и прижалась к ней, прошептав: — Мамочка, моя мамочка!
У самой Даян слова застряли в горле, она судорожно пыталась сглотнуть, при этом руки прижимали к себе девушку. Трогали волосы, поднялись на лицо, пробежавшись по сеточке шрамов: — Женя, мой маленький Огонёчек, как же так? Боже мой, как так, я ведь думала, что потеряла тебя, совсем потеряла…?
— Я тоже так думала, мамочка, только насчёт вас. Знала бы я, если бы я только знала! Я нашла бы способ дать тебе знать о себе, я что-нибудь придумала бы, но… О Господи, мама, мамочка, ты снова здесь со мною, прямо в моём сердце, я снова чувствую тебя!
— И я тебя чувствую, чувствую твою радость и боль, твоё счастье и одновременно вину. Не вини себя, маленькая моя, ты ни в чём не виновата. Ты делала лишь то, что было нужно. — Шептала женщина, прижимая к себе дочь, оглянулась и, увидела рядом Наин. Протянула руку и другая дочь прижалась к ней рядом.
— Здравствуй, мам. — Шепнула турианка, прижавшись.
— Здравствуй, моя хорошая, вы были правы с Джинни, правы, моя маленькая! Она жива, жива! — И ещё крепче прижала к себе дочерей.
Потом был ужин, на котором по её настойчивой просьбе Женя начала рассказывать свою историю. Как жила она все эти годы, годы с того страшного дня.
Рассказ продолжился и после ужина, и вся большая компания слушала его, дополняя чем-то от себя. В самом его начале, Дебора и Люк с Малколмом, рассказали, в каком состоянии пришла к ним Женя. Даян расплакалась, слушая комментарии судового медика. И с трудом, но согласилась с их решением вывезти девочку, чтобы у неё появился шанс придти в себя, вырваться из пасти безумия. Расчёт Дебби оказался верен и Женя оклемалась. Затем, вся команда посильно, под чутким руководством врача, закрепила эффект и её ребёнок, окончательно пришёл в себя. Но, всё едва не испортила ужасающая новость о смерти Артура. Новость о гибели на Земле деда, едва опять не столкнула Женьку в безумие. Именно тогда, команда, пойдя на нешуточный риск, и сделала ей фальшивые документы. Тогда Евгения Михайловна превратилась в Джейн Айрин и до сих пор официально оставалась ею. И дальше и дальше, затем был Ванкувер, где подонки, рядившиеся под святош, отобрали её у ребят и чуть не продали в рабство в компании с десятком таких же детей. По пути, Женька спасла Китти и, слушая, историю этой девушки Даян опять разревелась. Дальше — больше, спасение детей от продажи батарианцам с попутным уничтожением почти всей банды работорговцев и первое в длиннющем списке ранение дочери. Так же она выслушала рассказ Элизабет, с благодарностями в адрес дочери. Дальше вся компания «Рыжих», весело гогоча, рассказывала, как они дружно грабили ненавистную «Экзо-Гени». Попутно вспоминая одним им известные моменты, тыкая в друг друга при этом пальцами. В процессе воспоминаний часто всплывало имя Бен, парня ещё называли Лис. Даян спросила, кто это такой? И тут все понурились, повесили головы, у девушек заблестели глаза.
— Мой Бенджи, мой храбрый Лис. — Прошептала дочь. — Его убили в апреле 69-го, сука «Большой» убил.
— Но мы за него отомстили! — Рыкнул Тецуо. — Хотя, лучше бы он был жив.
— У тебя был мальчик, друг? — Спросила она Женьку.
Та грустно кивнула. — Хотя это я у него была, ничего-то он от меня не дождался. Бедный мой Бен, так и умер, ничего не сказав о нас ублюдкам «Большого». Умер, думая обо мне… — И дочь уткнулась ей в плечо, зажмурившись от вылезшей изнутри боли.
Друзья сидели, молча, глядя в пространство застывшими взорами.
— Это тогда вы награбили первоначальный капитал? — спросила ребят Наинэ, и вся компания покивала в ответ.
— Только вот после этого мы завязали с грабежами и занялись делом. — Ответил за всех Генрих.
— И что дальше? — Спросила Даян.
— А дальше я всё рассказала учителю, про жатвы и Жнецов, про причины гибели протеан и не только протеан. Рассказала про профессора Янкуловского и Лиару и их выводы на этот счёт. Такеши-самэ бросился всё проверять и мои слова подтвердились. После этого и возникла «R.E.D.S. Industries». — Сказала дочь. — Эта корпорация ответ на угрозу Жнецов. По моему наущению дедушкины друзья вышли на моего иерарха, Адриана Виктуса и на aitta Этиту. Адриан согласился встретиться с нами, как впрочем и Этита, дедушка собрал всех на базе Форт-Брэгг в Калифорнии и тогда корпорация возникла как сила.
— Скажи, доченька, ты тогда уже знала, что я aitta Лиары? — Спросила Этита.
— Я тебе уже отвечала aitta’ni, я всегда это знала. Всегда, почти с самого начала моей жизни здесь. — Ответила Женя, — И мой выбор тебя неслучаен.
— Так это ты меня выбрала?
— Именно я, и благодарна судьбе за свой выбор. Именно благодаря ему, своему выбору, я встретилась с Али…
— Али?! — Удивилась Даян.
— Моя первая азари, моя возлюбленная Алана, Алана Трапсо. — Тихо сказала дочь. — Наш роман был столь недолог, и столь же ярок, будто вспышка. Судьба дала нам всего пару месяцев…
— Она что? Тоже погибла? — Испуганно спросила женщина.
— Нет, что ты, мамочка, Али жива и здорова, но встретиться нам не суждено. Республика слишком трясётся над ней и ни за что не отпустит к такой рисковой особе, как я.
— Почему?
— Потому что, наши отношения пробудили в ней полный комплект моих способностей. Али и эмпат, и «видящая». А «видящие», считаются у азари достоянием Республики и себе не принадлежат.
— Это не совсем так, но в отношении Аланы, это правило полностью верно. Слишком силён её дар. — Сказала Этита.
— Фиалка гораздо сильнее меня как провидец. — Согласилась дочь. — Только я чувствую, что дело не только в этом…
— И что было дальше? — Спросила она Женьку.
— А дальше, через год я пошла в армию, в десант и там встретила своих верных напарников и друзей. Мою пятёрку, с которой прошла всю службу до сегодняшнего дня. И спустя год в учебке попала на «Токио» к папке в десантный наряд.
— И я не устаю благодарить Господа нашего и Джереми Морана за это. — Сказал Андерсон.
— И я тоже, папка, ты был самым лучшим командиром. Именно благодаря тебе и твоей науке мы с ребятами всего и добились.
— Не преувеличивай мои заслуги, ты сама автор своих достижений, «Пожарная Андерсона», так ведь тебя величали на «Токио».
— Ох, как только меня не величали за эти годы. — Рассмеялась Женька.
Вечер воспоминаний продолжился и закончился далеко за полночь, но Даян ни сколько не переживала на этот счёт. Пусть она завтра не выспится, пусть. Её сердце пело от радости, рядом с нею была её девочка, её Женька.
И все последующие дни, она с радостью ждала вечера и окончания совещаний. Потому что её ждал дом, дом в котором было столько близких ей людей и не людей.
Такси тряхнуло при посадке и, Даян вынырнула из воспоминаний. Рядом сопела спящая Лиара, а Женька потягивалась и зевала напротив.