Когда мы закончили, я оставил уставших девушек в своём особнячке, а сам не спеша отправился к Халлибел. Тия жила почти в таком же домике, по крайней мере, внешние отличия были минимальны. По пути я издалека видел парочку спешащих куда-то арранкаров, а в остальном местность под куполом Лас Ночес была пустынна. Подойдя к двери, я услышал доносящийся изнутри шум женских разборок. Из возгласов докопаться до причин было невозможно, ибо девушки из свиты Халлибел, судя по всему, уже давно перешли на личности. Стучать пришлось три раза прежде чем мне, наконец, открыли, но я особо не расстроился задержке – уж очень забавно было слушать, как Мила Роза лается с Апачи, а потом они вместе вопят на ехидно что-то вставляющую Сун-Сун.
– Кто там ещё?! – дверь мне открыла раздражённая Апачи, но увидев моё улыбающееся лицо, она резко побледнела и отступила на шаг. Мне сразу захотелось немного пошалить.
– Привет, красавица, – я, довольно улыбаясь, сделал шаг вперёд и прежде, чем Апачи успела отреагировать, положил руку ей на голову, одновременно чуть наклоняясь к её лицу. – Проводишь меня к своей госпоже? – спросил я, заговорщицки понизив голос, не переставая улыбаться.
– Д… д… да... – бедную арранкарку едва заметно трясло, кажется, она даже забыла дышать.
– Хорошая девочка, – её разноцветные глаза поражённо расширились, а зрачки сузились, но отреагировать она опять не успела. Второй рукой я ухватил её за талию и притянул к себе, одновременно наклоняясь ещё больше и нежно целуя в губы, сопровождая поцелуй небольшой передачей реацу. У Апачи были аккуратные тонкие губы с лёгким солоноватым привкусом, девушка была полностью пассивна и, похоже, находилась в глубоком шоке, но мне было всё равно, ведь это был мой первый поцелуй в этой жизни. Я даже не ожидал, что получу так много удовольствия.
– Что тут происходит? – я отпустил дрожащую и выпавшую из реальности Апачи и повернулся к Тие. Златовласка непонимающе переводила взгляд с меня на девушку и обратно, а чуть в стороне стояли Сун-Сун и Мила Роза с глазами размером с блюдца и открытыми ртами. – Алукард, что ты сделал с Апачи?
– Поцеловал. Люди так часто делают с теми, кто им нравится. Должен заметить, крайне приятный процесс, – Тия перевела взгляд с меня на Апачи, та стояла с чуть открытым ртом и расфокусированным взглядом, явно пребывая глубоко в себе. Однако, полагаю, Халлибел смотрела не только на внешность, но и проверила состояние реацу своего фракциона, так как тревога из её глаз очень быстро исчезла, оставив только толику удивления.
– Её реацу поднялась, – констатировала Трес Эспада и вопросительно посмотрела на меня.
– Я немного поделился.
– Ты можешь делиться своей реацу? – степень удивления Тии опять прыгнула вверх.
– Да.
– Но почему?
– Почему я поделился? – Халлибел едва заметно кивнула. – Просто захотелось. Для меня этот объём всё равно ничего не значит.
– Хорошо, – Тия медленно кивнула. – Пойдём наверх. Сун-Сун, Мила Роза, останетесь с Апачи, – и, развернувшись, зашагала к лестнице.
Пока мы шли, я размышлял на тему: почему, собственно, я поцеловал Апачи? Да, она симпатична и даже по-своему красива. Хотя одежду бы ей всё-таки стоило немного сменить, а то красивая, в общем-то, грудь визуально становится меньше чуть ли не в три раза, хотя нет, всё-таки в два с половиной. Но это всё мелочи, Кин и Сёри куда как сексуальней, да и значительно доступней, однако их я не целовал. Нет, тут дело не во внешности и не в проснувшемся влечении, своих-то фракционов я и голышом видел, причём во всех подробностях. Дело в чём-то другом. И я, пожалуй, знаю ответ. Страх. Та эмоция, которая больше всего привлекает пустых. Страх для пустых – как изысканная приправа к еде, аромат, заставляющий потерять голову и со всех ног рвануться к его источнику, чтобы разорвать и съесть того, кто его испытывает. Обычные пустые практически не способны сопротивляться этому аромату, да и для всех остальных чужой страх – едва ли не самое приятное ощущение. Даже я, охотясь и пожирая других пустых, наслаждался эманациями их ужаса, а ведь я себя очень даже контролировал и всегда старался убивать максимально быстро. А тут у Апачи случился такой резкий переход от раздражения, ярости и негодования к паническому, лишающему возможности двигаться и даже дышать ужасу. Причём, если подумать, я этого совершенно не ожидал. Неужели Тия не сказала им, что у меня нет претензий? Если так, то девушки вполне могли себя накрутить, а тут ещё и моё появление, очень неожиданное, судя по реакции арранкарки. Вопрос в том, почему так поступила Тия? Хотела сперва поговорить и убедиться, что я действительно не собираюсь мстить? Хм, вполне возможно. Плюс ещё наверняка рассчитывала на воспитательный эффект. Но я ушёл от темы, хотя всё и так уже понятно. Когда волна ужаса от Апачи накрыла меня, меня в прямом смысле накрыло, такая уж тавтология. Ну не ожидал я такого удара, всё-таки это не бой, где ужас жертвы ожидаем и привычен, да и расслабился я в Лас Ночес. И если подумать, клыки у меня в тот момент зачесались изрядно, будь на месте девушки какой-нибудь адьюкас – разорвал бы мгновенно, на одних рефлексах. А так спустил пар в поцелуе, опять же на одних инстинктах, даже задуматься о том, что делаю, не успел. К счастью для Апачи, конечно. Впрочем, всё не так плохо – хоть я и действовал импульсивно, но голову не потерял, и на будущее следует быть готовым к таким ситуациям, так как, похоже, чувствительность у меня с превращением в арранкара тоже увеличилась.