Несмотря на открытость принцессы, Мира понимала, что следовало соблюдать осторожность и не проявлять чересчур много любопытства. Ирвин достаточно пристально ее разглядывала и тогда Мирослава решилась задать еще один вопрос переключаясь на другую тему.
- Вы знали архимага Кай'Хара?
- Хотите узнать, отчего он умер? - слегка улыбнулась принцесса, пристально смотря на Миру.
- Да, - честно сказала Мирослава. - Мне важно это.
- Я понимаю вас, - кивнула Ирвин. - Архимаг Кай'Хар был нелюдим и крайне высокомерным типом, - резко высказалась она, но тут же поспешила исправиться: - Тем не менее мне жалко старика. Талантливый был зельевар, и отец его ценил. О мертвых говорят хорошо или не говорят совсем… Поэтому скажу лишь, что уникальный был маг. Светлая голова, врожденный дар.
Мира немного помолчав все же решила воспользоваться ситуацией. - Ваше Высочество, а вы не знаете случайно архимаг поддерживал с кем-то во дворце дружеские отношения. Вам известно, кто это был?
Принцесса вмиг поникла. После короткого молчания она заговорила:
- Не могу ничего вам сказать, я не интересовалась личной жизнью покойного.
- Ваше Высочество, - раздался внезапно женский голос, заставивший Миру с принцессой вздрогнуть от неожиданности. Рассказ Ее Высочества настолько заинтриговал, что Мира потеряла бдительность. Вскинув голову, она увидела в нескольких шагах от скамейки приземистую женщину средних лет, в глазах которой читалась тревога и неподдельная любовь к принцессе.
- Да, Ваэлет, - немного нараспев произнесла принцесса.
- Вам пора, отец интересовался где вы.
- Сейчас иду, Ваэлет, - принцесса дала понять ей, что хочет закончить разговор без свидетелей. - Давайте еще как-нибудь встретимся?
- С удовольствием, - улыбка появилась на лице Мирославы сама собой.
- Когда вас увидят в моем обществе, то не посмеют сквернословить в ваш адрес.
- Почему вы так ко мне благоволите? - тихо спросила Мира, она всегда была прямолинейна.
- Потому что за вас поручились советник и князь. Они не стали бы приводить в дом того, кто был бы опасен. Тем более вы под напитком забвения.
И Мира теперь полностью согласилась со словами князя, что, будучи под напитком ей станут доверять и не подозревать в неблагих умыслах.
- Спасибо вам Ваше Высочество, - Мира и правда была благодарна принцессе за ее к ней отношение. Может оно было просто вежливым, может оно было просто ради любопытства, а может из-за еще каких-либо причин, но Мирославе было достаточно, что принцесса не испытывает к ней неприязни. - Я знаю, что скоро состоится бал в вашу честь.
Принцесса фыркнула: - А что толку, в этот день принято веселиться и быть счастливой, а отец… - Ирвин резко поднялась. - Неважно. Это все неважно. - и лебединой походкой устремилась следом за темноволосой женщиной. Мира подождала, пока они скроются из виду, и направилась за ними. Лучше держаться на расстоянии, а сплетники и сквернословы не посмеют открыто выражать свою неприязнь завидев недалеко саму принцессу. Мире очень хотелось уединения, чтобы обдумать все услышанное о князе и разобраться в своих чувствах. Сейчас в ее голове творился такой хаос, что она не могла сосредоточиться. Наверно, именно такое состояние ее вывело в шумное сборище состоящие из придворных. Оглянувшись и поймав много взглядов в свою сторону, она не сразу поняла, что оказалась на тренировочной арене. Придворных собралось немало, поэтому Мира с легкостью затерялась в их рядах. Рядом она услышала разговор нескольких мужчин.
- Я не поклонник боев, но пропустить поединок князя с его подопечными не могу, - высокий щеголь в бирюзовом камзоле возвышался над своими товарищами и вертел головой. - Немногим доводилось стать свидетелями подобных зрелищ, и я непременно хотел бы убедиться насколько правдивы слухи. Поговаривали, что тренировочные сражения князя захватывали дух и пробирали до дрожи.
Его друзья что-то отвечали, но Мира уже не слышала, она прошла к месту, где не очень хорошо было видно арену, но зато она оставалась вне поля зрения придворных и самого короля, который сидел на возвышении. Мирослава оглянулась, обозревая огромную площадку для боев, а потом заметила знакомого верзилу. Как же его… ах, да… Сильгур, он что-то говорил князю и указывал рукой на стоящую шеренгу здоровенных воинов-альвов.