- Хочу сменить ресторан, мне здесь кухня не нравится, - предлагаю ей с натянутой иронией. Не в напряг, сыпаться извинениями, просто не зачем.
- Я не особо голодна.
- Предложение трахнуть тебя все еще в силе? – предлагаю особый вид заместительной терапии, в первую очередь для себя. Дремучая логика, здоровым людям не понять нас, на всю голову раненых.
- В общем, да. Но теперь ты должен мне хоть пару комплиментов, - Юля нагнетает легким упреком.
- Скажу, что мне было с тобой хорошо, - произношу, на самом деле очень спокойно. Холодно? Нихера подобного. Опустошенно. Стычка с Евой, вытянула из меня всю кровь.
Улыбнувшись, Юля подает мне руку и ни о чем не спрашивает. Молча, благодарю и веду ее на выход.
= 7 =
Конец света бывает разным…
Смотря, как интерпретировать – свет. Мой свет, зияет черной неоновой мглой в длинном зеркальном коридоре . Где я все еще вижу искаженное отражение Дамира. Без теплого свечения. Ожесточение. Холод. Бездушие. Вот что я в нем увидела.
Я увидела дно его темной души на глубине зрачков. Я побывала мутных водах и никак не могу выплыть, даже спустя десять минут после его ухода. Это как погрузится хищному зверю в его сущность, в очерствевшее в камень нутро, разбиться. Потерять себя. Попасть в поток обуявшей его жажды желающей, растерзать твою плоть и начать хотеть того же – вонзить в него свои клыки и причинить не меньшую боль.
Можно ли считать светом темноту?
Опять же, как посмотреть. Теряя, всех кого любишь, изо дня в день. Просыпаясь с утратой каждое хмурое утро, твое сердце словно охладевает, замерзает постепенно и покрывается инеем. Ты забываешь, как выглядит свет. Учишься жить в кромешной мгле, брести наугад и вслепую огибать препятствия.
Можно ли назвать такое существование жизнью? Даже если сильно постараться, то нет.
Наполняю грудь глубоким вдохом. Обжигаю всю слизистую, застывшим в воздухе запахом Вавилова. Его возбужденным телом пахнет намного ярче, чем парфюмом. Впускаю в легкие своего палача и даю право меня убить, при этом задыхаюсь по - настоящему.
Губы и нос, словно зажаты широкой ладонью, немеют. Я не могу дышать. Беспорядочно хватаюсь за края керамической раковины. Удержаться хочу на ногах. Выстоять.
Открываю кран с холодной водой.
Одурев от острой гипоксии, от нехватки столь нужного мне сейчас воздуха, набираю пригоршню и плескаю себе в лицо. Мой двойник за стеклом неестественно бледен, как тот, кто пережил смерть, но не возродился после. Остался неприкаянным призраком, бродить между теней. Я вижу их смазанные лица. Нечеткие, но узнаю их всех.
Стив.
Нетали - его жена и моя настоящая мать, знакомая мне лишь по фотографиям.
Мама, воспитавшая меня и подарившая всю свою любовь и ласку. Ее я помню живой и веселой.
Отец, называющий меня принцессой.
Колин – мой брат, не оставивший о себе ни единого воспоминания. Позади них стою я, чуть в отдалении. Мне все это кажется и девушка очень на меня похожа, только блондинка с зелеными глазами.
- Уходи… Тебе с ними нельзя… Уходи, - шепчу ей, вяло размыкая губы.
Улыбнувшись на прощание, она исчезает, а я могу свободно выдохнуть, внушив себе, что я ее уберегла.
Слез в моих глазах больше нет. Я их все истратила, оплакивая долгими ночами своих близких. Рефлекторно обтираю совершенно сухие щеки. Никак не могу избавиться от ощущения, что слезы текут постоянно.
Снова смотрю на себя в отражение и там я уже одна. Ярко – желтая подсветка в уборной ресторана слепит и вынуждает, зажмурить глаза. Невыносимая резь. На ощупь поднимаю с пола белье и натягиваю. Промежность саднит от грубого проникновения, но это другая боль. Ее я терпеть вполне в состоянии.
- Дура! Какая же ты дура! Ненавижу тебя!!! - истерично срываюсь на визг, с отвращением наблюдая беспомощность в выражении на лице.
Мне на себя смотреть противно, за желание коснуться губ Дамира. Раствориться в больной близости. Попасть в другое измерение, где все еще верят, что наладится и перелом он нужен, чтобы потом стало легче.
- Ты жалкая, Ева..Ты не что не способна. Лучше бы ты умерла, чем они все.. Умри раз и навсегда…Умри!! - кричу и не соображаю. Перед зрачками мелькают пятна. В голове густой дым. Утешения не приходит. Спокойствие в минусе.