Клацанье металлических створок звучит плохо различимым фоном. Шарканье ног сбоку. Мужские бежевые мокасины и хриплый кашель, а я сижу не вздрогнув. Не поворачивая головы.
Уставилась на плакат салона – красоты, на девушку с обворожительной улыбкой и перебираю лиловые буквы на сиреневом фоне. Складываю из них одно и то же.
С возвращением, Бельчонок.
С возвращением…
Обещаю устроить тебе банкет в преисподней, любимая – звучит не менее броско.
- Эй! Что с тобой? Что произошло? – вошедший парень мне что-то говорит, но во фрустрации звук сыпется без понимания.
Господи, как начать дышать?
Как подняться?
Как выкроить хоть чуточку сил и добраться в квартиру Рин-Рин?
Абсолютно, не соображаю.
- Скажи, что это краска, а не то что мне мерещится? – сипло выспрашивает мужской голос , натолкнувшись зрительно на окровавленные цветы.
Еле видимо мотаю головой в отрицании и смачиваю сухим языком потрескавшиеся губы. У меня кости хрустят как замороженное стекло, и чудится, достаточно шевельнутся, как они тут же развалятся.
Давлю выдох, мелко глотаю вдох. Ни черта не легче. В легких тяжесть, словно залпом скурила пачку тяжелых сигарет.
Парень присаживается на корточки. Силюсь разглядеть его лицо, но не получается. Голос встревоженный. Руки, разжимающие мои, сцепленные на груди ладони, теплые и мягкие.
Он очень бережно отводит со спины ткань, пропитанную насквозь кровью. Присмотревшись, травит порцию прерывистых выдохов над моей макушкой.
- Твою гребаную мать! – хрипит ругательство, подчеркивая ошарашенную эмоцию. Нагребает в пальцы темно-каштановые пряди, обрамляющие нахмуренный лоб, - Кто это сделал спрашивать бесполезно, - сам с собой разговаривает, потом достает из кармана телефон, - Постарайся не двигаться, я вызову скорую и полицию.
Меня сиюминутно выкидывает из тягучей дремы. Хватаюсь за его телефон, он поднимается в этот момент и так получается, что тянет меня прицепом. Кровь резко ударяет в голову. Как горячий гейзер врывается в мозг и ошпаривает.
- Не надо…пожалуйста …не звони… - единственное, что успеваю выплеснуть, цепляясь за упругое предплечье. Черный купол обрушивается сверху, и мгновенно отключаюсь.
Теряю сознание. Лечу в пустоту. Проваливаюсь в багряный тоннель, и в нем нет ни капли света….
- Эй! Бельчонок..очнись..давай …
Дам?
= 9 =
Дамир..
Нет, это не он. Тревожащий меня голос суше. Гласные не растянуты. Влажная ткань дарит остужающую свежесть и ясность мыслей. Ей мне обтирают лицо, шею и мягко хлопают ладонью по щекам, вынуждая прийти в себя.
Реальность, оказывается чудовищней, чем пустота.
Подкидываю тяжелые веки и зря. От яркого света получаю ожог роговицы и слезотечение. Снова жмурюсь. Моргаю и пытаюсь сконцентрироваться.
- Пиздец, ты меня напугала….- выдает осматривающий меня брюнет.
- Где я? – спрашиваю у него, носом нащупывая подушку, так доходит, что лежу на животе. Да и раны пекут, но не слишком тревожат. Лежала бы на них, сразу поняла. А так чувствую, будто там незначительная царапина.
- У меня в квартире. Я перенес, когда ты в обморок грохнулась.
- Спа..сибо, - рву фразу и шикаю.
Он мне чем-то холодным и жгучим обрабатывает кожу. Пахнет спиртом, дотягиваюсь до мысли, антисептик.
Неприятно и потому непроизвольно изгибаюсь. Внутри все сотрясется и спазмирует до дурноты.
- Не дергайся. Продезинфицирую, потом заживляющую мазь нанесу и заклею. Я шеф-повар в ресторане. С мясом часто работаю.. ножи острые режусь постоянно, - выдает стремительно, чем и отвлекает от подкатывающей к горлу тошноты, - Кто на тебя напал?
Пока что ставлю табу на эту тему, даже для себя. Останусь одна, потом..Просто не могу. В бессилии не справлюсь.
- Не важно. Лицо я не запомнила, - препятствую дрожанию в связках.
- Угу. И визитка в твоей руке ни о чем не говорит, особенно инициалы Д.В. и Бельчонок, - ясно намекает, что он мне не поверил.