Уникальный вкус кожи Дамира со всего маху швыряет на дно дофаминовой пропасти. Отравляет осознанием моей больной от него зависимости. Неизлечимой тяги.
- Ева моя! Моя Ева, - обжигает надсадным хрипом мое горло, затем и вовсе в него вгрызается, проникая членом глубоко. Я и в солнечном сплетении его немыслимый жар ощущаю.
Он мой фатальный. Единственный, кем я дышу. Если уйдет – я умру. Сгорю в душевной боли. Истаю в страхах. Задохнусь.
Мой стон и его хриплый рокот смешиваются….
А потом я открываю глаза и теряю свой кислород. Дышать мне нечем. Словно, кто вакуумом откачал из легких весь воздух. Ни вздоха, ни хрипа…
Я погибаю в удушье, беспорядочно хватая беспомощными руками пустоту.
Дорогие мои, добро пожаловать в историю. Будет остро и горячо, много тайн и крутых поворотов. Очень вас прошу поддержать старт книги зведочками и комментариями, это важно. Не забывайте добавлять в библиотеку, чтобы не потерять.
Ваша Анель...... Погнали❤️❤️❤️
= 2=
- С тобой все хорошо? – женщина в соседнем кресле, положив ладонь мне на плечо, приводит в чувство.
Перевожу все еще мутный взгляд в иллюминатор. С безразличием разглядываю крыло самолета и парящие облака. Терпеть не могу сидеть возле окна и всматриваться в небо, ведь возвращаясь на землю, мы неизбежно падаем. Наши крылья сгорают в тоске серых будней и человеческих грехах.
Алчность и гордыня.
Именно они разрушили мою прежнюю жизнь. Поворачиваюсь к соседке, с черными, как смоль волосами и очень похожую на цыганку. Глупости, конечно, на ней светлый костюм, лицо ухоженное. Учтивая манера общения, не имеет ничего общего с базарным галдежом. Но сквозит впечатление, что она выдаст, что-то такое, мол, позолоти ручку, а я тебе будущее предскажу.
- Все в порядке. Не очень хорошо переношу полет, - лгу относительно твердо.
Дыхание дается с трудом. Отголоски боли в сердце, мешают полноценно вдохнуть.
Я в норме. Скоро пройдет, - успокаиваю себя внутренне.
- Кошмары мучают? Ты стонала и металась во сне.
- Можно и так сказать, - клею на лицо вялую улыбку.
- Не хорошо это, милочка. Сон должен восстанавливать, иначе какой в нем толк.
Про спокойный сон я давным – давно забыла. Без седативов глаз до утра сомкнуть не могу. С ними проваливаюсь в свое персональное чистилище, и выхода из него не существует.
Дамир не мой спаситель. Он мой палач. Он тот, кто убивает меня мучительно- нежно, приходя во снах. Он тот, кто подарил мне нестерпимую боль своим предательством и ложью.
Он жестокий убийца, возможно даже хуже, чем коллекционер. Дамир разорвал мою душу на части, а потом испарился из моей жизни. Прошел ровно год, как мы не вместе. Три месяца назад онкология унесла в свих черных когтях моего биологического отца Стивена. И почти два года как …умер мой настоящий отец, а моя сестра хотела…
Подумав об Арине, напоминаю себе, что я ее простила за все. Она не виновата, что стала такой озлобленной. Никто не самовольно не желает становиться чудовищем. Вот и она, скорее жертва обстоятельств. Ей нужна была помощь, а все вокруг оставались глухими и слепыми к ее мольбам. И я от нее не отказалась, она моя родная кровь, та часть меня, что всегда была более решительной.
Вот и я буду. Встречусь с Дамиром и потребую вернуть то, что ему не принадлежит.
Стивен Уорд – мой биологический отец, о существовании которого я не знала до двадцати трех лет, считал Дамира своим сыном и приемником. Эталоном порядочности и хладнокровия. Есть и оборотная сторона у, казалось бы, наилучших качеств для мужчины. Самообладание, бесчувственность, умение закрыться от всех.
Я любила его, как любят только единственный раз. Сейчас болею воспоминаньями. Наверно, спустя год, так и не приняла его жестокость по отношению к людям и стремление рождать зло.
- Что в Москве? – спрашивает соседка.
- М? – отзываюсь, глубоко потонув в мыслях. Яркий румянец, жжется как крапивница, «осчастливив» щеки своим присутствием. И без зеркальца догадываюсь, что покрылась пунцовым оттенком, застигнутая ее вопросом врасплох.