— Лучше бы оказалось, что Мартин просто воровал алкоголь, чем убивал людей направо и налево, — устало буркнул детектив и бросил блокнот с ручкой на стол.
Но, хоть по телосложению они и оказались похожи, у этого воришки не было хромоты, как у Мартина. Хромота появилась у него после ранения в бедро во время одной из их совместных вылазок, когда Мартин прикрыл Ричи от пули. Но она, как ни странно, проявлялась только периодически. К тому же у этого воришки не было разбитой губы, как у Мартина после их недавнего диалога, но зато была борода…
Детектив усмехнулся, выпил ещё немного виски и задумался о старом напарнике.
— Он сам тогда напросился. — Ричи будто бы оправдывался: то ли за свою беспомощность, то ли за то, что сорвал злость на друге. Теперь уж Мартин и на порог дома его не пустит после такого! — Хотя стоит проверить, — задумчиво произнёс Ричи и быстро собрал нужные вещи.
Спустя десять минут он уже выскочил на улицу и сел на мотоцикл.
По пути к знакомому дому Ричи обдумывал, что скажет при встрече, но подходящие слова совершенно не шли в голову. Вместо них приходили воспоминания. Их с Мартином всегда объединяла непреодолимая жажда справедливости, что дало им возможность легко сработаться.
Задумавшись, Ричи чуть не пропустил поворот и резко затормозил очень вовремя: перед ним пронеслась машина. Руки сами вцепились в руль мотоцикла покрепче, до боли, заставляя вернуться в реальность, чтобы не угробить себя из-за невнимательности на дороге.
— Значит, буду импровизировать, — проговорил Ричи вслух и помчался вперёд.
Серый дом встретил его молчанием. В голову закралась мысль о том, что Мартин никого и никогда не приглашал к себе в гости, будь то день рождения или любой другой праздник. Ричи припарковался, накрыл мотоцикл брезентом, облокотился на него и накинул капюшон.
— Проклятый дождь!
Детектив поёжился от холода, сжал зажигалку в кармане. Погода не давала времени на раздумья. Пришлось идти в дом, не успев продумать, что лучше сказать при встрече.
Оказавшись у двери на втором этаже, Ричи осторожно постучал о её деревянную поверхность, и владелец квартиры открыл ему почти сразу же. Но, узнав пришедшего, он застыл неподвижно.
— Привет, Мартин! — Ричи сузил глаза и поморщился от света, поскольку уже успел привыкнуть к уличному полумраку.
На это Мартин ответил ледяным молчанием, взглядом упёршись в пришедшего. Затем он спросил:
— Чего тебе надо?
— Впустишь?
— Зачем мне тебя впускать? — Мартин указал на свою разбитую губу, и детектив с трудом сдержал печальную улыбку.
— Прости.
— Ты извиняешься? — Он открыл двери пошире. — Тебе что, совсем хреново? — Мартин прошёл внутрь и махнул рукой, приглашая детектива следовать за ним на кухню.
— Ты тогда напросился, но я погорячился, — ответил Ричи и осмотрелся. Воздух был прямо пропитан запахом алкоголя, сигарет и отчаяния. В пепельнице лежало около десятка окурков, а на столе стояла наполовину опустошённая бутылка. — Да уж, ты явно не перфекционист, Мартин, — сказал Ричи, осматривая царящий вокруг хаос, а затем поднял с пола бутылку такого же виски, как и те, что воровали у Джека. — Откуда у тебя это?
— Купил.
— Где?
— Это очередной допрос?
— Беседа с другом. — Ричи осмотрел бутылку, но не нашёл пометки.
— Тогда я не обязан отвечать. — Мартин приоткрыл окно и теперь стоял к другу спиной, вглядываясь в потемневшее серое небо.
— Ты в порядке?
Мартин обернулся, и фальшивая улыбка скривила его губы:
— Всё просто замечательно! Так зачем ты здесь?
— Проведать друга.
— Теперь мы друзья?
— Мы не переставали ими быть.
— Не переставали в тот момент, когда ты начал меня подозревать? Или недавно, когда решил вмазать мне в челюсть за правду?
— Вмазал я тебе заслуженно: не стоило затевать разговор о ней. Да, у нас ничего не сложилось, но это не твоего ума дело. — Ричи пожал плечами.
— Я просто сказал, что от неё у тебя только появилось больше проблем. Незачем было себе на шею вешать обузу! — Мартин развёл руками и поцокал языком. — Ещё и дал сбежать.
— Если у нас есть возможность и силы помочь нуждающемуся, это мы и должны делать. — Ричи ткнул в него пальцем: — Или хотя бы не осуждать тех, кто это делает.
Мартин поник, вздохнул и снова посмотрел в окно. Кажется, морально ему было совсем хреново, и Ричи почувствовал себя виноватым за то, что опять вспылил.