— Что ты творишь?! — закричал Аластер.
Натрикс отскочил, и магический шар голубой магии Аластера вырвался из острия копья, врезавшись в искателя. Тот издал противный рёв и умчался прочь, жутко звеня цепями.
— Справились, — Натрикс отряхнул руки.
Ближе к рассвету они вернулись. Аластер распахнул дверь ногой и вошёл в дом, потягиваясь на ходу:
— Надо отпраздновать такое! Мы за сегодня завалили около дюжины и даже прогнали искателя! Втроём получилось быстрее, чем я ожидал.
— Ты же уже позвал кого-то ещё отпраздновать с тобой? — спросил Натрикс.
— Конечно. За такую работу положена достойная награда! — Аластер подошёл к бару и достал бутылку виски. — Кто будет?
Оба вошедших отрицательно покачали головами. Аластер пожал плечами, наполнив тебе треть стакана. Он выпил содержимое залпом, расстегнул ремешок часов, оставив те на столе, и сказал:
— Ну, я наверх, в душ. — Подмигнув, он прихватил бутылку с собой, по пути окинув Рейну многозначительным взглядом, на который она не отреагировала.
— Я тоже схожу в душ: нужно отмыть и себя, и одежду от этой крови. — Рейна оставила оружие на стойке, а затем тряхнула головой: — О нет! Ещё и волосы! — Она топнула ногой в отчаянии.
— Какое тяжёлое занятие, должно быть, для леди! — усмехнулся Натрикс, тоже поставив клинки на оружейную стойку.
Рейна смерила его тяжёлым недовольным взглядом, хмыкнула и гордо отправилась наверх по лестнице.
— Леди? — задумчиво произнёс Натрикс. — Что это я такое ляпнул?
— Наверное, один из монстров хорошо приложил тебя по голове, — ответила Рейна и рассмеялась. — Ну, спокойной ночи!
Вскоре выйдя из душа, Рейна вздохнула, легла в кровать и уставилась в потолок. Перед глазами всё ещё стояло безглазое чудовище, которое чуть не прикончило их сегодня. Рейна перевернулась на бок и начала глубоко дышать, считая до четырёх, а потом так же медленно выдыхать, пока образ искателя не померк.
На плечи быстро навалилась усталость, и она даже не заметила, как провалилась в сон.
Мрак и тьма... Одна в кромешной темноте. Ноги ватные, чувства напряжены до предела от ощущения грядущей опасности. Рейна обернулась и увидела силуэт. Узнав в нём сестру, она сразу же сделала шаг вдогонку, выкрикивая её имя изо всех сил, но не было слышно и звука. С каждым шагом Минори всё отдалялась, и от неё веяло таким холодом, что кровь стыла в жилах.
— Не бросай меня снова! — крикнула Рейна и перешла на бег, но силуэт сестры стал отдаляться ещё быстрее.
— Я что, тебе больше не нужна? — Голос сорвался, и Рейна остановилась, обессиленно рухнув на колени. Душераздирающая боль от страха снова остаться одной вонзилась в душу холодными пальцами. — Постой!
Рейна протянула руку, но почувствовала, как твёрдая поверхность под ногами превращается в вязкое вещество, не давая двигаться, затягивая всё глубже. Приступ паники от страха удушья накрыл её с головой, заполнив сознание. Рейна попыталась выбраться из неизвестной субстанции, мечась из стороны в сторону, но это не помогало, а только затягивало всё глубже и глубже, и вскоре её накрыло с головой.
Очутившись будто бы под водой, она стала с силой грести наверх, к мерцающему свету, и когда уже почти достигла поверхности, что-то вцепилось в лодыжку мёртвой хваткой, пытаясь утянуть на дно. Дёргая ногой, словно стараясь стрясти с неё что-то незримое, Рейна стала прилагать ещё больше усилий, чтобы выбраться и получить желанный глоток воздуха. Паника неумолимо закрадывалась в сознание, холодила кровь, а страх удушья заполнил лёгкие. Она вынырнула, пальцами впиваясь в твёрдую поверхность и подтягивая тело следом, и стала жадно вдыхать спасительный воздух…
Но вдруг чья-то рука мягко коснулась плеча…
Глава 15. 3
Рейна проснулась от собственного крика и с удивлением уставилась на руку, тянущуюся в никуда, хватающую пустоту. С болью, разрывающей сердце в груди, Рейна опустилась обратно, перевернулась на живот, сгребла подушку в охапку и уткнулась в неё лицом.
— Ну почему же мне это снится? — прошептала она. — А сколько же всего происходит в жизни, и рассказать некому... Страшно кому-либо довериться, — перевернувшись на спину, тихо прошептала Рейна и закрыла глаза, чувствуя слёзы на щеках.
Лёгкие сдавило, и дышать стало тяжело. Боль комом засела в горле, и пустота в груди вдруг стала ощущаться гораздо острее, чем обычно. Возможно, потому что Рейна давно не вспоминала об утерянном, а сейчас как будто снова оказалась одна в непроглядной пугающей тьме. Напряглись мышцы шеи и плеч, кулаки непроизвольно сжались, вызвав дрожь в руках.