— Потому что ты защищаешь всех, кто тебе дорог, и тех, кто сам на это не способен. Никого не оставишь в беде...
— Прекрати, — Натрикс вздохнул. — Есть раны, которые не залечить никакими словами. Я думаю, ты прекрасно понимаешь, о чём я. Поэтому давай больше не будем говорить о моём брате и о том, что бы он сказал. Ладно?
— Прости, — Рейна вздохнула и отвела взгляд. На стене в лунном свете она заметила фотографию Натрикса с братом. Только однажды Рейна видела у него такую же улыбку в жизни. Там, на крыше. Она горько улыбнулась. — Знаю, ты не умеешь принимать похвалу.
— Точно не словами. — Натрикс улыбнулся, заправил волосы ей за ухо, подвинулся к изголовью кровати, чтобы опереться, и подтянул Рейну к себе. Тело совсем расслабилось, и поэтому, ещё не совсем осознав, как это произошло, Рейна уже сидела в крепких объятиях Натрикса и смотрела в его золотые глаза.
— Что такое? — Он с любопытством наклонил голову. Серёжка качнулась в ухе и этим сразу же привлекла внимание её глаз, как часто происходило и раньше.
Рейна спросила:
— А откуда у тебя эта красота?
— Сколько себя помню, всегда был с ней, — Натрикс пожал плечами. — Можешь посмотреть поближе.
Рейна протянула ладонь, еле-еле коснулась серёжки и стала разглядывать маленькую змею. Но ненароком коснулась щеки и замерла. Она сама удивилась своей смелости.
Натрикс в ответ коснулся её подбородка пальцем и заставил смотреть в глаза. В его взгляде читалось что-то новое, необычное: то ли интерес, то ли что-то иное…. Рейна могла встать и уйти, но почему-то не захотела.
Он провёл ладонью по её животу, коснулся талии, и Рейна отчётливо почувствовала, как его прикосновения и её отклик порождают внутри ещё больше желаний. По телу разлилось странное чувство. Что-то внутри изменилось и ощущалось совершенно не так, как когда она находилась рядом с Ричи. В комнате стало жарче, щёки ощутимо налились румянцем.
Натрикс приблизился и заговорил очень тихо:
— Знаешь, что мне нравится в этой ситуации? Ты давно могла оттолкнуть меня, но ни разу не сделала этого. Я давал тебе массу возможностей.
— Перестань, — возмутилась Рейна и резко убрала его руку, но Натрикс снова коснулся её щеки. У Рейны почему-то перехватило дыхание. — Что ты делаешь? — Её сердце забилось чаще, и она начала злиться на реакции своего тела. Она ведь уже много раз могла прекратить эту странную игру, но не стала.
— Отрицание не изменит правды, — сказал он полушёпотом и уткнулся носом ей в шею, а затем чуть-чуть отстранился и зашептал: — Скажи, чтобы я остановился. Скажи «хватит».
— Я… — начала Рейна, и слова застряли в горле. От этого горячего дыхания у неё пошли мурашки по коже.
Натрикс несколько секунд не двигался, не делал ничего — казалось, даже не дышал, просто опустил взгляд. Рейна замолчала. Не зная почему, она хотела этих прикосновений, желала снова почувствовать его дыхание на своей шее, но боялась признать это.
Ещё несколько секунд Натрикс не шевелился, ожидая, но затем медленно поднял голову, посмотрел в глаза Рейны и некоторое время их разглядывал. Затем его взгляд опустился на её губы.
Сердце Рейны захотело выпрыгнуть из груди, а в животе будто запорхали бабочки. Ожидание прикосновения заполнило сознание, и перед этим померкло все: страх, и недоверчивость, и стеснение. Жар предвкушения заполнял всё естество, рождаясь в глубине души, разливаясь волнами тепла по всему телу.
Его ладонь коснулась её щеки, скользнула к волосам и зарылась в них, а лицо приблизилось быстрее, чем Рейна ожидала. Нежное прикосновение губ к губам, дыхание на двоих — и застывшее мгновение. Они прикрыли глаза, потеряв чувство пространства и времени, полностью растворившись в моменте. Первый поцелуй — самый трепетный, чувственный и осторожный — закружил обоих в буре эмоций. Новое, неизвестное чувство поднималось из недр души, мутило рассудок и захлёстывало, как цунами.
Осторожный, немного неуверенный вначале поцелуй перерос в чувственный и желанный, но Рейна резко отстранилась и тяжело задышала.
— Прости, — прошептал Натрикс и убрал руку.
Рейна мотнула головой:
— Всё хорошо, просто… — Она коснулась губ. — Просто… Просто…
Натрикс улыбнулся и взял её руку в свою, а затем поцеловал ладонь и сказал:
— Пойдём спать.
Рейна кивнула и опустилась на кровать. Натрикс выпустил её из объятий и лёг рядом, поделившись частью своей подушки.
Рейна не думала, что после поцелуя вообще сможет уснуть, а только продолжит думать, и думать, и думать. Мир снов неспешно утягивал в свои объятия, обещая наградить сладостными мгновениями, стоит только закрыть глаза. Сон быстро одержал победу, объял всё тело и погрузил сладкую дрёму.