Рейна бежала куда глаза глядят, предвкушая долгожданную свободу. Сердце лихорадочно билось в груди, мысли засуетились. Но радоваться предстояло недолго: за очередным поворотом Рейну встретил мрачный тупик, и она остановилась, громко выругавшись.
— Что это за язык? Пытаешься проклясть кирпичи? — раздалось из-за спины.
— Зачем ты за мной увязался? — выкрикнула она, всё ещё осматривая безмолвную стену перед собой, столь нахально вставшую на пути к побегу.
— Ты предпочитаешь сбегать от проблем вместо того, чтобы их решать?
— Да, я сбежала! — Рейна развернулась и со злостью сжала кулаки, впившись взглядом в преследователя. — Что в этом такого?
— Ну и ну! — Ричи цокнул языком и добавил: — Зачем?
— Ты не поймёшь. Ты не знаешь, каково это — жить, следуя тому, что тебе говорят, не имея права выбора. Каково это — жить, когда вся жизнь спланирована и ничего нельзя решать самой. Даже будь выбор неверным, он был бы только моим! Ты не знаешь, каково это — чувствовать себя в клетке, как будто бы твоя жизнь тебе вовсе не принадлежит. Когда всё решается за тебя! — Рейна даже сама не поняла, почему так сказала, но после этих слов на душе у неё стало легче.
— Пойму. Ну так скажи, чего ты желаешь сейчас.
— Свободы… Но сейчас я ничего не знаю и не понимаю... Ничего не помню! Всё новое, всё непонятное и даже пугающее… — Её голос снова дрогнул, а по позвоночнику пробежал холодок. — Я даже не знаю, что меня ждёт и где я окажусь завтра.
— И? — Казалось, Ричи всё и сам понимал, но хотел, чтобы она озвучила это вслух.
— И мне страшно...
— Я помогу, если ты поможешь мне. Идёт? — Детектив подошёл и протянул ей руку.
Рейна молча отступила назад, покачав головой:
— Я хочу сама понять, чего сто́ю. Сама хочу найти ответы на свои вопросы.
— Вряд ли ты долго протянешь в одиночку. Да и не забывай, что не знаешь местных правил, а наказания у нас строгие, как ты уже поняла.
Детектив всё ещё не убирал протянутую руку в ожидании, и Рейна приблизилась. Она знала, что он прав, но отчего-то не хотела, чтобы за неё что-либо решали, чтобы её заставляли что-либо делать. К глубочайшему сожалению, она не помнила, почему так этому противилась.
Рейна долго смотрела на протянутую руку и понимала, что без него она не справится. Этот город слишком опасен и хранит множество собственных тайн, как и населяющие его люди. Но Ричи, кажется, пытался помочь и получить взамен её помощь, так что сделка была честной. Взвесив все за и против, Рейна пожала ему руку в ответ.
Тем временем Ричи продолжил:
— Ты бы хоть подождала, пока я тебя накормлю! Это было бы разумнее. Голодный обморок не дал бы тебе далеко убежать, — и он рассмеялся.
— Для начала я бы хотела быть уверенной, что ты меня не убьёшь при первой же возможности, — буркнула Рейна. — Но ты всё время уходишь от любых ответов.
— Думаю, время полного доверия между нами ещё не настало.
— Что, думаешь, настанет?
— Было бы забавно, — задумчиво ответил Ричи и едва заметно улыбнулся.
— Мне кажется, что тебе нравятся игры с людьми. Но что случается с теми, кто не играет по твоим правилам?
— Надеюсь, ты этого и не узнаешь, — усмехнулся он. — Ладно. Идём!
Ричи направился в другую сторону — видимо, зная, что Рейна последует за ним. После этого она всю дорогу сверлила спину детектива взглядом, удивляясь, почему тот не разозлился, а воспринял её побег с юмором. Странный!
— Мы пришли. — Ричи отворил дверь ресторана, приглашая её войти внутрь первой. — После тебя.
В глаза сразу бросились прозрачные стеклянные перегородки, в которых стояли живые растения. Столы и стулья были из натуральной древесины и невероятное количество зелени делали это кафе просторным и уютным одновременно.
— Владелец этого места любит всё натуральное. — Ричи слегка улыбнулся, коснувшись зелёного листа, принадлежащего небольшому дереву у входа. — Пойдём сядем у окна.
— Ладно, — Рейна проследовала за детективом к столику, на который он указал.
Перед тем как сесть напротив, Ричи быстро сказал что-то человеку в чёрном фартуке, а тот кивнул в ответ и, прежде чем исчезнуть на кухне, одарил Рейну странным взглядом.
Повисла напряжённая тишина, которую не хотел нарушать ни один из двоих сидящих за столом. Она длилась, пока им не принесли еду.
Вскоре Рейна уже задумчиво ковырялась палочками в рисе с кусочками обжаренной свинины, не рискуя попробовать, и спросила первое, что пришло в голову: