Перед нами был Варлок. На вид ничего необычного: чёрные одежды, капюшон скрывал лицо. Но я ощутил волны тёмной силы, исходящие от него, — воздух дрожал. Он встал, и двери зала с грохотом захлопнулись. Сенса вздрогнула, я чуть не споткнулся, но мы продолжили идти.
Подойдя к возвышению, мы посмотрели на него.
— На колени! — спокойно приказал он.
Ноги подкосились, и мы упали на колени.
— Теперь встаньте. Я слушаю, — добавил он.
Мы поднялись. Варлок сбросил капюшон, открыв лицо: его глаза были чёрными, как пустота перед моей смертью. Этот взгляд пробрал нас до дрожи. Я попытался заговорить, но слова застряли в горле. Во рту пересохло, начался удушливый кашель. Сенса казалась спокойной, но её глаза выдавали ужас.
Сглотнув, я начал:
— Как я сюда попал и зачем? Я должен был просто умереть…
— Смерть — лишь начало. Так решили высшие силы, — ответил он.
Его голос звучал странно, словно говорил не один, а множество существ в унисон.
— Почему высшим силам дело до меня? Я всего лишь человек. Я не предвидел свой конец, не защитил близких, не стал мастером ни в чём. Какой смысл, если я так слаб? — спросил я.
Сенса отошла в сторону. В горле снова пересохло, чувство вины душило меня.
— Они отняли у тебя всё, как и у меня. Вопрос в том, что ты чувствуешь и чего хочешь, — сказал Варлок.
Я ощутил облегчение.
— Боль, гнев, ненависть, ярость. Я хочу мести! — выкрикнул я.
— Я могу дать тебе это. Но за всё есть цена. А ты, Сенса, чего желаешь?
Она подошла ближе:
— Я хочу жить. Хочу власти.
— И это я могу дать. Но цена будет, — ответил он.
— Знайте: я заберу всё, что у вас есть. Вас не примут те, кого вы знали. Вы получите новый облик и силы. Но ничто не вечно — вечность принадлежит лишь смерти.
Мне нечего было терять — у меня отняли семью, дом, жизнь. У Сенсы, похоже, тоже.
— Я готов. Меня ничего не держит, — сказал я.
— Меня тоже, — добавила она.
— Хорошо, прекрасно, — в его голосе мелькнуло удовлетворение. — Ощутите свою смертность в последний раз.
Снаружи замка начался ливень, барабаня по крыше, словно реквием моим желаниям. «Все виновные в моей боли умрут», — поклялся я себе. Внезапно невидимые когти пронзили мои внутренности. Жар разлился по телу, будто кровь сменилась огнём. Боль стала невыносимой — я закричал и рухнул. Сенса упала рядом, потеряв сознание.
— Ритуал необратим, — произнёс Варлок, пока я корчился у его ног.
Муки были нечеловеческими. Жар раздирал меня изнутри. Сенса изменилась: волосы посеребрились, кожа стала человечнее, фигура — идеальной, вокруг глаз появились тёмные тени. Я тоже преобразился: тело стало крепким, мышцы — стальными, рост увеличился, лицо изменилось.
Собрав волю, я поднялся, дрожа от боли:
— Как долго это будет продолжаться?
— Со временем страдания станут привычными. Твой разум и тело адаптируются. Через месяцы ты сможешь исполнить своё предназначение, Бертрам, — ответил он.
Я смирился, но решил:
— Бертрам мёртв. Теперь я Радакс — неизвестность того, что впереди.
— Хорошо, Радакс, — кивнул Варлок, довольный. — Вы будете служить мне в том мире, выполняя мои задания, а я поведу вас к вашим целям. Ваши пути связаны, хоть ты этого пока не понимаешь.
Сенса очнулась, оглядывая себя в растерянности.
— Сенса, твой путь переплетён с его. Радакс, я дам тебе воинов на выбор. Теперь идите в свои покои. Вас ждёт долгое обучение новым силам. Здесь пройдут десятилетия, а там — лишь год.
Мы поклонились в благодарность и направились к выходу. Двери открылись. Сечел, увидев нас, удивился, но промолчал. Стража проводила нас до покоев — у каждого своих. Мы с Сенсой молча попрощались взглядами и разошлись. Я лёг спать, не осматривая комнату. Слишком много всего произошло. Но я знал: это начало чего-то большего, чем месть.
Конец 2-й главы.
Глава 3 Дары проклятых
Глава 3. Дары проклятых.
Спустя 10 лет по календарю мира людей
Где-то в замке Варлока
За время в Дуате — около 30 лет по местному счёту — я довёл свои навыки до совершенства. Мой наставник, капитан Сечел, обучил меня всем приёмам фехтования, включая хитрые уловки. Я понял, что магия не так сложна, как казалось, но до всесилия мне далеко. Варлок в ней непревзойдён, но фехтовать он не умеет — для этого у него есть другие. Боль от перерождения ушла через 12 лет, но чувства притупились.
Сенса отточила магию до мастерства, хоть и не дотягивает до Варлока. Последние годы она странно на меня смотрит, но я не понимаю почему — опыта общения с девушками у меня нет. Я привык к полумраку Дуата и забыл лица родных, помня лишь жажду мести. Сегодня последний день нашего обучения. Завтра мы отправимся в мир живых.