– Да неужели, – ответил он довольно скептически.
Сара резко остановилась.
– Моя мать умерла родами, а отец вскоре последовал за ней. Из-за разбитого сердца, так сказал доктор. Так я сюда и попала. У меня никого не осталось, а наш викарий знал доктора Симпсона.
Уилл, по крайней мере, имел совесть смутиться.
– Прости, если я повел себя бесчувственно. Издержки профессии.
Они прошли в молчании еще несколько ярдов; Джордж шагал впереди, бодро преодолевая подъем. Несмотря на холод, день был ясным; ветер разогнал туман, и в безоблачном небе сияло солнце. Они поднимались все выше на Кэлтон-хилл, и Эдинбург остался внизу; вид на город распахивался на все четыре стороны. На севере можно было видеть даже реку Форт; водная гладь залива была усеяна парусами: суда направлялись в порт Лита или навстречу, в открытое море. Новый город тоже был прекрасно отсюда виден: четкие геометрические линии, стройные ряды домов, которые так отличались от хаоса узких улочек Старого города. Эти линии говорили о порядке, об элегантности, но еще и о правилах – строгих, суровых, ненарушимых.
Рейвен заговорил опять, и на этот раз его голос звучал более живо:
– Весь этот мрак и уныние как будто совершенно не затронули мисс Гриндлей, ты не находишь?
И действительно, всю неделю Мина пребывала в превосходном настроении.
– Как ты думаешь, почему? – продолжал он.
– Думаю, нам нужно благодарить за это твоего знакомого, Битти.
– Битти?
Быть может, ей показалось, но Сара заметила, что при упоминании этого имени Рейвен почувствовал себя неловко. Она думала, что они друзья, но медики, как она заметила, иногда охладевали друг к другу по видимо не объяснимым причинам.
– Да. Они в последнее время видятся довольно часто.
Уилл кивнул.
– Теперь, когда ты об этом сказала, я припоминаю запах его одеколона – я тогда как раз вернулся от пациента с доктором Симпсоном.
– Я думала, ты будешь удивлен, – сказала Сара.
– Почему?
– Я никогда бы не подумала, что Мина может заинтересовать такого, как Битти. Она старше его, и я не думаю, чтобы он страдал от недостатка внимания со стороны юных барышень.
Рейвен фыркнул:
– Да ты ревнуешь.
– Не смеши меня. Что мне в нем может понравиться?
– То же, что и остальным женщинам, – по крайней мере, подавляющему их большинству. Как ты и сказала, он не страдает от недостатка внимания со стороны дам.
– Да ты ревнуешь, – парировала Сара.
Уилл пропустил выпад мимо ушей.
– Битти старше, чем кажется, и он как-то сказал мне, что устал от пустого флирта. Мне кажется, он мог найти в Мине что-то, чего нет у других женщин.
– Да, – ответила она. – Имя и связи мужа ее сестры.
Рейвен был явно поражен ее прямотой, и Сара подумала, что опять забыла свое место.
– Я говорю это лишь потому, что не хотела бы видеть Мину обманутой.
– Твое предположение, может, не так уж и дико, – ответил Уилл. – Но, с другой стороны, пусть Мине и хочется замуж, мне не кажется, что она настолько наивна в этих вопросах. Кто знает, что они увидели друг в друге… Быть может, она вполне сознает, что связи доктора Симпсона дают ей определенное преимущество, и не станет отвергать из-за этого чьи-то ухаживания.
Сара нахмурилась.
– У тебя это звучит, будто какая-то сделка. Вполне разумно, но как-то бесчувственно.
– В браке бывают вещи и похуже, чем отсутствие чувств.
– Что ты имеешь в виду?
У Рейвена сделался такой взгляд, что она поняла: объяснений она не дождется.
– Давай просто скажем так: если ты потеряла своего отца слишком рано, то я своего – слишком поздно.
Они завернули за угол Королевской обсерватории, торопясь догнать доктора Кита, и Сара запнулась за торчащий из мостовой булыжник. Рейвен подхватил ее под локоть, да так и не отпускал. Руки у него были сильные, крепкие, и горничная обнаружила, что нисколько не возражает.
– Тебя интересует фотография? – спросил он.
– Не могу сказать, что много об этом знаю, но доктор Кит показывал мне свои дагерротипы. Из путешествий по Сирии и Палестине.
– Повезло тебе, – сказал Уилл и улыбнулся – в первый раз за день.
Глава 30
К тому времени, как они дошли до Рок-хауса, настроение у Рейвена было уже гораздо лучше: прогулка пошла на пользу, как и предсказывал добрый доктор Джордж. Приходилось признать, что разговор с Сарой тоже сыграл свою роль. Вероятно, Уилл просто испытывал облегчение от того, что они могут мирно беседовать – в сравнении с тем, как обстояли дела, когда они только познакомились. В любом случае приятно было просто разговаривать с ней – без постоянного обмена колкостями.