На следующий день после обеда решила сходить на торг, чтобы докупить ткани для свадебной одежды.
У торговых рядов меня окликнул Кнур.
Удивившись, решила послушать, что он скажет. Но вместо того, чтобы остановиться, он прошел мимо и сильно дёрнул за косу, отчего я наклонилась, и венец слетел с головы. Паренёк испугался, поняв что двойное оскорбление ничего хорошего ему не сулит. Шемяка это увидел и пошёл к старейшине за объяснением. Я, отряхнув венец, надела его обратно и сказала:
- Ты понимаешь, что сейчас сделал? Неужели ты хочешь пойти против воеводы с братом, оскорбив меня дважды? – и, поняв что паренёк сам на это подписался, вынула меч и навела на него, вызывая на поединок. Тут же подошли мои братья, которые тоже видели произошедшее, и Сагил, которому уже успели доложить.
- Что произошло? – спросил он.
- Он оскорбил нашу сестру, – ответил Кимериус.
- Ты готов ответить за оскорбление? – обратился он к юноше. Тот кивнул и указал на меня, после чего пошёл к отцу.
- Её нельзя отпускать на поединок, поэтому я выйду! – воскликнул Вермандо.
- Хорошо, но пусть всё-таки Шемяка решит, – ответил жених, и мы стали его ждать.
Вскоре воевода вернулся мрачный и сказал, что старейшина помнит о перемирии, но за действия сына не отвечает, поэтому поединок будет только в рамках данного оскорбления. И никак не связан с произошедшим ранее.
- Кто вместо Владимиры выйдет?
- Я выйду, уже всё решено, – сказал Вермандо, и мы все кивнули в знак подтверждения.
- Добро, тогда встречаемся на площади.
Придя на место, я встала рядом с Сагилом и братьями, мы все очень переживали за Вермандо. Когда он вышел в лёгкой кольчуге и шеломе, я готова была идти отговаривать его, но Кнур тоже вышел налегке. Видимо, был уверен в победе. Тучи стали плотнее сгущаться, послышались раскаты грома. Вермандо посмотрел на небо и, что — то шепнув, хладнокровно обратился к противнику:
- Биться будем до смерти?
Кнур кивнул.
- Да начнется суд! – объявил воевода. Его слова прозвучали в унисон с очередным раскатом грома и юноши скрестили мечи. Поединок обещал быть интересным, ведь Кнур в отличие от Вермандо не проходил обучения у Шемяки из-за нежелания отца, но считался мастером меча.
Первым в атаку пошел Кнур, и моему побратиму пришлось занять оборону, иначе он не смог бы точно оценить силы противника. Было видно, что такой расклад быстро надоел собравшимся людям, и они стали что-то выкрикивать, но Шемяка поднял руку – и голоса смолкли.
Вермандо не спешил идти в атаку, и Кнура это стало злить, поэтому он старался вывести противника из обороны. Вскоре ему это удалось, а может, и побратим так решил, но поединок перерос в настоящее сражение. Погода явно была против, ведь ещё утром, небо стало затягиваться серыми тучи, и сейчас нам грозил хороший ливень. Удача переходила от одного к другому, и непонятно было, чем всё закончится.
Вскоре стал накрапывать мелкий дождик, который по немного усиливался. Ни бойцам, ни нам, не было до него никакого дела. Тяжелые капли, барабанили по шеломам и щитам, словно стрелы резали руки и лицо, помост намок и местами стал скользким. Я шепнула жениху, что боги не хотят этого сражения, раз погода уже с утра испортилась. Да он и сам это понимал, и старейшина с воеводой про это знали. В лицо старейшины неоднократно прилетали холодные капли дождя, но он настолько был уверен в своей правоте, что не внял предостережениям богов. А зря.
Кнур, уворачивается от очередного удара, и хочет нанести серьёзную рану оступившемуся Вермандо. Тот отклоняется, и упорная нога противника, попав в небольшую лужицу, начинает скользить и Кнуру приходится менять положение. На этом и решил сыграть Вермандо, идя в атаку с неудобной для себя правой ноги. Одежда обоих бойцов намокла, тем самым лишая их сноровки. Расколотые деревянные щиты стали тяжелеть и бойцы, зло посмотрев друг на друга, отбросили их. Падения двух щитов сопроводил сильный удар грома. Теперь у собравшихся появилось достойное зрелище, которое наверно не испортит даже град, ведь два раненых и уставших юноши продолжили бой на одних мечах. Ливень не думал прекращаться, а лишь усиливался и все понимали, что пора заканчивать.
Я не находила себе места от негодования, и, если бы не жених, то подошла бы прямо к старейшине и высказала ему всё, что думаю. Сандалор просил богов смиловаться и дать закончится поединку, Сагил не выпускал меня из объятий, чтобы не натворила делов, а Кимериус с Предславом были готовы в любой момент сменить брата.
Мокрый помост как и мокрая одежда, мешал бойцам. Стало понятно, что у них заканчиваются силы, но никто не хотел сдаваться. И тогда Кнур решился на обман. Он занял оборону и в подходящий момент сделал ложный уворот вправо, выставив левую ногу. Вермандо этого не предвидел и споткнувшись, чуть не оказался на полу. Но не зря он носит наручи витязя, поэтому решил использовать этот момент для очередного удара. Сделав упор на левую ногу, он развернулся, и что есть силы, рубанул мечом по левой руке Кнура. Силы побратиму было не занимать, и удар пришёлся бы выше локтя, но противник в последний момент отразил его и ударил сам. Теперь уже Вермандо получил серьёзное ранение правой ноги, ведь удар Кнура пришёлся по касательной чуть выше колена, повредив скорее всего связку. Побратиму пришлось занять оборону и ждать удобного момента. Силы стали покидать его, и противник, решив что победа у него в кармане, попытался провернуть очередной обман, и Вермандо ударил наудачу.