Он тряхнул головой, но видение не пропало, а сказало: «Сагил, помоги!» и исчезло. Очнувшись, он понял, что случилась беда, и обратился к гребцам: «Други, давайте поднажмём, чую, беда дома!». Витязям не надо было повторять дважды, они знали, что вождь без причины подгонять не будет и, сменив двоих гребцов, налегли на весла. Струг, набрав ход, побежал вперёд. Приплыв, понял, что не ошибся: Воина не встречала его на берегу, а стоявшая вместо неё Славяна утирала слезы. К причаливавшему стругу спешил Коловрат, который и рассказал, что случилось. Сагил пришёл в ярость и хотел собирать войско, но Шемяка охладил его пыл и повел в избу:
- Не кипятись, брат мой. Надо сначала всё обдумать, ты можешь сделать только хуже.
- Но там моя жена! Неизвестно, что с ней и как с ней обращаются! Как я могу думать о чём-то другом?
- Ты лучше вспомни, ничего она не говорила про это? Если всё-таки предвидела, то будет проще, – сказал Коловрат, когда они сели за стол, и Сагил задумался.
- Было! – воскликнул он. – Когда мы были в землянке, на мои слова: «Опять ты меня спасаешь!» она ответила, что придёт время, и помощь понадобится ей, но я принял это за шутку, потому как мы вместе посмеялись.
- Значит, она как обычно предвидела только действие, но того, что ему предшествовало, не знала. Теперь понятно, почему застали врасплох.
- Ты сказал, что это простые разбойники, человек тридцать. Значит мы можем спокойно на них напасть, – сказал Сагил.
- Ещё успеешь клинком помахать, сначала надо спасти Воину. Значит, делаем так: Шемяка, бери воинов и идите с Сагилом за псом. Он приведёт к Кимериусу, которого отправьте обратно. Сам я отправлюсь в Великий двор и разведаю обстановку, – ответил Коловрат.
В этот момент дверь отворилась и вбежал дозорный со стрелой и какой-то тряпкой в руке.
- Вождь, смотри что прилетело в крепость! – обратился он к Сагилу и протянул находку.
- Что за... – хотел выругаться Сагил, но разглядев тряпку, вспомнил все непристойные выражения, какие только знал или слышал. Ещё бы ему не ругаться, ведь тряпка оказалась верхней частью платья Воины с написанным на нём, скорее всего кровью, посланием. Прочитав, сел на пол и схватился за голову, уронив тряпку. Шемяка поднял её и вместе с Коловратом прочитал: «Твоя жена у нас. Хочешь чтобы она жила, приходи завтра один на поляну. Уверен, псина покажет дорогу. Если приведёшь кого-то, сначала твоему другу не поздоровиться, а потом и жене. Кровную месть ещё никто не отменял».
- Неужели Кимериус тоже у них? – спросил Коловрат.
- Давай-ка, брат, вспоминай, кому ты перешёл дорогу.
- Да на меня многие зуб точат, сам же знаешь.
- Значит, пойдём по-другому. Если решили действовать через жену, значит, они про неё знают. Вот и вспоминай тех, кого ты убивал уже будучи женатым, – сказал Сандалор, и Сагил стал вспоминать всех, кому он давал отпор в последнее время.
- В последний раз мы наткнулись на банду речных разбойников, среди которых были два брата. Мы отбились и, как обычно, забрали то, то они награбили в качестве своей добычи. Один из братьев успел улизнуть. Больше вариантов у меня нет.
- Если они схватили Кимериуса, значит, лес прочёсывают. Поэтому незаметно подойти не получится. Придётся идти напрямую и выполнить их условия, – сказал Шемяка.
- Я готов на всё, лишь бы спасти жену и Кимериуса. Не думаю, что меня просто захотят убить, ведь написано «кровная месть», значит, поединка не избежать.
- Тогда ты, старик, отправляйся в Великий двор, а Сагил постарается сделать так, чтобы они отпустили пленников, ну а мы подстрахуем, – обратился Шемяка к Коловрату. Братья принялись обсуждать детали, а Коловрат пошёл собираться в дорогу.
Пока в крепости разрабатывали план по спасению, меня в очередной раз повели в шатер, и когда сняли мешок, я увидела избитого Кимериуса. Рваная рубаха, запекшаяся кровь на лице и волосах. Он лежал на полу и не подавал признаков жизни. Я не могла разглядеть, дышит ли он вообще или нет.
- Что ты с ним сделал, мразь! – крикнула я, как только вытащили кляп.
- Скоро такая же станешь, если не сделаешь то, что скажем, – ответил главарь.
Он сидел на каком-то бревне и похабно рассматривал меня. От него воняло так, что изначальное содержимое мешка, который мне надевали на голову при выводе из шатра, казалось медом.
Наверно, брат услышал мой голос и сделал попытку подняться, со связанными в локтях руками это было трудно. Он старался вставать так, чтобы не оказаться на коленях. Главарь отвлекся от меня и с интересом наблюдал за попытками пленника. Как только тот очутился на одном колене, его схватили за волосы и поставил на колени.
- Я ничего не буду для тебя делать! – твердо сказала я, хотя слезы уже застилали глаза и желание кинуться к брату на помощь грозило затмить разум.