Сагил медленно пошёл за ним, но желание заявиться раньше времени в лагерь разбойников не пропало, и Шемяка об этом догадывался. Поэтому решил не спускать с него глаз. Это была самая тяжелая ночь для Сагила, и утром он был не в духе.
Ближе к обеду он отправился на поляну, где должен был встретиться с врагом. На всякий случай он взял мой трофейный нож, который остался на месте похищения, и убрал в сапог. Витязи рассредоточились по лесу, который уже достаточно хорошо выучили. Им надо было выловить разведчиков и, сняв лучников, занять их позиции, после чего ждать команду от Шемяки. Вскоре Сагил вышел на поляну, где его уже ждали. Он искал глазами нас с Кимериусом и старался не упускать из виду разбойников. На поляне стоял только один шатер, у входа стояли четверо разбойников: двое с мечами и щитами и двое с луками на изготовке. Рядом с шатром кострище, а около него сидел главарь. Сагил его сразу узнал, ведь он был копией брата, только покрупнее и по роже наглее. Еще около десятка рассредоточены по поляне. У троих из них луки. Сагил, как опытный воин отмечал и примечал всё, чтобы не дать застать себя врасплох и, если удастся, хоть как-то помочь пленникам.
- Где моя жена и друг? – спросил он.
- А, так ты про эту? – переспросил главарь и щелкнул пальцами. Из шатра вывели Кимериуса, на котором не было живого места: лицо опухшее и в подтёках, рубаха рваная и в крови. На волосах запеклась кровь, а на открытых участках тела нет живого места. Он еле передвигал ноги и Сагилу стоило больших усилий не броситься к нему на помощь.
- Где моя жена?! – зло прорычал муж.
- А это не она? Наверно, ты имеешь ввиду девку? Кстати, она очень даже ничего! – с улыбкой ответил главарь, и муж чуть ли с места не сорвался, когда меня вывели. Вид был не лучше, чем у моего брата, с той лишь разницей, что на нём одежда была целей. Нас поставили рядом, и главарь сказал:
- За то, что убил моего брата, я тоже убью одного их тех, кто тебе дорог.
- Ты сказал, что месть кровная, значит, мсти именно мне, а других не впутывай!
- Хорошо, тогда будет поединок, но не со мной. Ты будешь биться против пленников.
- Биться против тех, кто слабее тебя – это не поединок, а посмешище. Али сам трусишь вступить со мной один на один? Решил прикрыться слабыми пленниками и мнишь себя кровным мстителем.
- Да как ты посмел? Ты погибнешь от моего меча или погибнут заложники, так что выбор небольшой, – вскричал он и ударил побратима кнутом по спине. Я дёрнулась, и удар по ногам поставил меня на колени. Муж рванул было ко мне, но стоящий за мной разбойник оказался ближе. В ту же секунду он схватил меня за косу и, отклонив назад, подставил к горлу нож. Холодная сталь впилась в кожу. Краем глаза я заметила, как дёрнулся Кимериус, но очередным ударом был отправлен на землю. Лучники вскинули луки, но главарь не спешил давать команду.
Муж остановился и зло посмотрел на главаря. Количество злобы в его глазах испугало даже меня. Сжав кулаки, он взял себя в руки и, осмотревшись, ухмыльнулся. Наши витязи успели убрать лучников и занять их позиции.
- Отпусти заложников и принимай бой, как это сделал твой брат. Он погиб в бою, и это честь для воина.
- Ты ещё смеешь говорить, что я не знаю чести? Сейчас ты в этом убедишься. Отпустите заложников, и если они дойдут до конца поляны до окончания поединка, то буду свободны! – приказал он и нас, развязав, толкнули вперёд. - А теперь бейся!
Сагил успел вынуть меч и вступил с разбойником в бой.
Кимериус снял с себя и без того спадающую рубаху, накрыл меня, и мы медленно пошли к противоположному концу поляны, поддерживая друг друга. Когда поравнялись с поединщиками, я на мгновенье остановилась и улыбнулась. Ясно было, что муж один бы не пришёл, значит, на другой стороне поляны или где-то поблизости нас должны встретить. Дойдя почти до конца поляны, мы остановились отдохнуть.
- Воина, Кимериус, сюда! – услышала я голос и увидела в кустах Шемяку. Когда мы оказались в безопасном месте, отец закутал меня в свой плащ и хотел увести нас, но я попросилась остаться, чтобы посмотреть поединок, вместо которого увидела битву.
Наши витязи сначала сняли лучников, а потом вступили в бой, который из-за нашего численного перевеса и мастерства достаточно быстро закончился.
Шемяка взял меня на руки, а Кимериуса повели двое витязей.
Вскоре мы были дома.
Прелеста сразу кинулась к мужу, а мной занялась Славяна. Вскоре вернулся и Сагил с витязями, и воины стали обрабатывать полученные в бою раны. Вид мой явно был хуже, чем в последней битве, ну оно и понятно, там была кровь и раны от оружия, а сейчас на мне нет живого места от кнута, платье разорвано полностью, только порты и остаток ткани на груди прикрывали тело, лицо было в ссадинах. Муж не мог себе простить такое и поклялся в случае нападения на их струг не оставлять никого в живых.