Вслед за ними шла Люба. Но не как моя личная служанка, совсем нет. О себе я позаботиться вполне могу. А вот чего девушке не занимать, так это способности вызнавать всевозможные слухи. Быть может, и в Упахалово девушка сможет разжиться ценной информацией и втереться местным в доверие?
Кроме них в состав мини-каравана вошло ещё пятеро мужиков. Для чего? Кому-то же надо было таскать корзины с углем, разводить костер и вот это вот всё.
Кто-то спросит, а что буду делать в это время я? И я гордо отвечу — руководить, естественно! И никак иначе!
В общем, наш отряд отправился в дорогу с восходом солнца. Несмотря на такую рань, нас провожала вся деревня. Даже Голубцов и то вышел. Несмотря на уже практически неприкрытую борьбу за власть, он всё ещё старался изображать из себя идеального старосту.
Получалось это, правда, не то чтобы убедительно. Да и ладно. То, что Голубцов вынужден держаться рамок ради места старосты деревни, делает мне жизнь проще. Пускай он и дальше будет бросаться на меня в надежде вернуть бывшее влияние. Пока я одерживаю верх, баллы Авторитета и дальше будут капать мне на счетчик, а я сам — становиться сильнее.
И вот так, под скрип колес, мы покинули деревню Дальнюю.
Глава 17
Мы неторопливо шли по дороге или, если говорить точнее, по ее примитивному подобию. Никакого вам асфальта или грунтовки — лишь криво протоптанная тропа сквозь бескрайние поля.
Удивительно, что она ещё не заросла. Стоило благодарить за это княжеское войско или использование неизвестной магии — вопрос открытый. По крайней мере, никто не встречался на нашем пути — ни отряды обеспечения, ни караванщики, ни патрули солдат из острога. Хотя это-то и логично — подчинённые воеводы сейчас преимущественно стояли на самой границе Рубежа. Там же они строили и свои погранзаставы. А вот между деревнями Стратегов пока редко кого можно было встретить.
Интересно, это тоже своего рода испытание или допущенный косяк? Ведь где в таком случае будут шастать разбойничьи банды и кого они попробуют в первую очередь грабануть? Уж вряд ли погранзаставы с вооруженными до зубов мужиками, с которых и взять-то кроме оружия нечего.
Нет, в таком случае самой «жирной» мишенью окажутся именно что незащищенные деревни Стратегов и караваны между ними. Людей здесь мало. Да и добычи немного. Но так это только пока! Подождите пару месяцев и эти поселения начнут оживать прямо на глазах. И тогда же они станут ой какой заманчивой целью для всякого рода нехороших людей.
Разве воевода не понимал этого? Полагаю, всё он прекрасно понимал. По той же причине и не собирался вмешиваться в происходящее. Нужен ли людям такой Князь, что не в состоянии защитить свои земли? От чего-то серьезного, тех же кочевников или орды мутантов, княжеские войска вполне себе прикроют. А вот от всякой шушары, будьте добры, отбиваться сами, чай, не маленькие уже, а будущая элита!
Впрочем, хоть я и опасался какого-нибудь налета, но путь до деревни Упахалово прошел без сучка и задоринки. Играла нам на руку и погода. Никаких вам дождей, молний или ночных холодов.
Солнце приятно припекало, птички пели, а мутанты в лесных рощах завывали фальцетом. Про последнее я, правда, слегка преувеличил, но кто мог утверждать наверняка, что там, за кустами, нас не поджидала какая-нибудь мерзость?
В общем, путь до соседей напоминал затянувшийся выезд на природу. Наибольшими моими проблемами оказались не борьба с самой природой, а гудящие ноги и ломота в спине от сна на земле. Но к этому я уже даже начал привыкать.
К вечеру второго дня мы остановились на небольшой поляне у ручья. До Упахалово оставалось, по словам Ростислава, «совсем чуть-чуть». Я уже успел понять, что в его исполнении это могло означать как пару километров, так и половину дневного перехода.
Как только мы встали на стоянку, работа тут же закипела. Леонид вкупе с крестьянами возился у телеги, проверяя деревянное колесо. За прошедшие два дня оно уже успело один раз слететь с оси. И повторять тот кошмар по его ремонту ни у кого из нас не было желания.
Ростислав взялся разводить костёр, высекая искры на собранную кору и деревянную стружку.
Алекс, один из крестьян, взятых в дорогу, раскладывал на траве узлы с припасами и вел учёт нашего рациона. Это был тихий светловолосый мужчина с длинными волосами, завязанными в конский хвост на затылке. В первые дни моего пребывания в деревне я вообще полагал, что он немой — настолько Алекс оказался немногословным. Но Алекс просто не любил говорить. Причем настолько, что, пока его напрямую не спросишь — он так и продолжит изображать из себя деревянный столб. О таких людях говорят — «каждое слово нужно клещами вытаскивать».