— Он княжеский сын. Мало ли где я его видела, — попыталась отбиться зеленоглазка.
— Может, и так. Вот только Краснов знал о тебе. И, что немаловажно, он первым решил подойти. А это что-то да значит.
Дубова тихо фыркнула. Крыть такое ей было нечем. Она хоть и пыталась по неизвестной мне причине скрыть свое происхождение, но делала это… как-то по-детски, неуклюже?
Дубова явно была птицей высокого полета. Об этом просто кричала ее манера держать себя, идеально ровная осанка и аристократичность в каждом жесте. Какое это имело значение для меня?
А то, что девушка могла оказаться ценнейшим источником информации! Это вам не сын писаря, а кое-кто покруче!
— Ты упомянул «во-первых», — вырвала меня из мыслей Дубова. — А что во-вторых?
— А во-вторых, у меня появится прекрасный повод остаться в столь приятной глазу компании, — улыбнулся я.
Взгляд зелёных глаз, обращённый в мою сторону, мог разрезать саму сталь.
Б-р-р-р-р-р, бодрит!
Что ж, уже по истечении получаса нашей беседы с зеленоглазой я мог с уверенностью заявить, что это было мое самое мудрое решение за сегодня. Информация, озвученная Дубовой, оказалась очень даже кстати.
Девушка вкратце рассказывала о собравшихся в зале Стратегах, но даже этих крупиц мне хватало с избытком. Так, например, наш мажористый товарищ Краснов оказался бастардом Владимирского князя. Признать-то его отец признал, но вот о наследовании княжества не могло идти и речи. Будь это иначе, и парня вообще бы не оказалось на Испытании Стратегов. Почему?
Оказалось, что отправка на Рубеж считалась почетной, но ссылкой. И ведь логично. Это мне, как бывшему крестьянину, участие в Испытании Стратегов необходимо, чтобы сохранить приобретенный статус аристократа. А если этот самый статус уже был бы у тебя? Что тогда? Поехал бы ты на край света исполнять волю государеву? Да нахрен сдалась эта воля!
Не станут же тебя лишать привилегий, дарованных при рождении? История знала не один случай, когда высшая элита устраивала перевороты, стоило только власти покуситься на её права.
Так и в Союзе Княжеств, дети князей и их ближайших сторонников, став Стратегами, никуда не уезжали. Им не было нужды участвовать в Испытании. Им достаточно было лишь пройти тщательное обучение напрямую от княжества и перенять бразды правления от родителей. Так властьимущие сохраняли за собой самые «вкусные» должности. Командующие армиями, столичные чиновники — всё это было давно забронировано.
На Рубеж же отсылали всех остальных. Тех, кому ещё нужно что-то доказывать. Кто жаждал добиться чего-то бо́льшего. Нас выкидывали на обочину мира, чтобы посмотреть, кто чего-то действительно стоит.
Я вспоминал про игру во власть? Так вот, прямо сейчас я наблюдаю за стартом подобной игры, но только организованной среди молодых Стратегов. Местная власть посадила зубастых паучков в одну банку и теперь наблюдает, как мы будем друг друга жрать.
Поинтересовался я и про вездесущий Союз Княжеств. Что это такое и с чем его едят? Дубова посмотрела на меня, как на пещерного человека, впервые увидевшего огонь, но всё же продолжила свой рассказ.
Как я и подозревал, Союз Княжеств представлял из себя объединение независимых княжеств. Этот Союз существовал исключительно для защиты от страшных соседей и ради продвижения каких-либо «общих» проектов.
— Взять ту же постройку пограничных крепостей для защиты от набегов кочевников, — привела Дубова пример. — Их строительство было одной из задач предыдущего Испытания Стратегов.
Я действительно оказался в Древней Руси в период раздробленности. Отличие от моего мира заключалось в том, что тут кругом была магия.
Представьте себе, былина об Илье Муромце, который тридцать три года лежал на печи, а потом взял и стал богатырём, здесь не такая уж и сказка! А задокументированное в летописях жизнеописание одного из первых витязей.
Один такой витязь, к слову, мог влегкую разбросать десяток простых солдат. И даже не почешется, гад такой.
Хватало в Союзе Княжеств и прочих неординарных личностей. Здесь знахари управляли погодой, а друиды разговаривали с растениями.
На их фоне существование Стратегов, которым дарован Взор, уже не казалось чем-то немыслимым.
Внезапно рассказ Дубовой оказался прерван. Под грохот дверей в зал не вошёл, а почти влетел широкоплечий мужчина. В глаза сразу бросились его ухоженные, холеные, как у моржа, усы. На его плечи был накинут тяжёлый плащ, который стелился за ним следом. При взгляде на этого человека мне так и хотелось по-детски воскликнуть «Дядька Черномор».
Вообще организм реагировал на многое неожиданно. Я привык действовать, опираясь на холодный ум и точный расчет. Но молодое тело то и дело занималось «вредительством», впрыскивая в кровь дозы гормонов, от которых меня бросало то в жар, то в холод. То мне хотелось кинуться на Краснова с кулаками и расквасить его наглую рожу, то прыгать от радости, когда «прекрасная дева обратила на меня свой взор» и начала разговаривать по-человечески.