Хорошего ты врага себе нашел, Володя, просто нет слов. В обычной ситуации, обладая такой поддержкой «наверху», Краснов бы растёр меня в пыль. Но он сдерживается. Почему?
У меня есть только одна версия происходящего. Испытание это не формальность. Оно проводится всерьёз, и правила здесь уважают.
Видимо, Союзу Княжеств действительно нужны новые Стратеги, а не удобная кому-то фигура на троне. Значит, воевода независим и выступает здесь нейтральным арбитром между участниками. А на попытку Владимирского князя помочь своему ставленнику он отреагирует неблагосклонно.
Так что возможности у Краснова есть, но пользоваться он ими будет втихаря. И, скорее всего, чужими руками.
Догадываюсь даже, чьими именно.
— Знаешь о нём что-то еще? — уточнил я, не отводя взгляда от Щербатова.
— Ничего, — покачала головой Дубова. — Я тебе не ходячая энциклопедия. Даже у моей осведомленности есть пределы.
— То, что ты смогла узнать обо всем этом — уже впечатляет, — улыбнулся я краешком губ. — И я не поблагодарил тебя за то, что ты мне всё это рассказала. Так вот, спасибо.
Зеленоглазая красавица скрестила руки под грудью, не забыв при этом мотнуть головой.
— Я лишь оплачивала свой долг. Ничего более.
— Даже так это не отменяет моих слов, — кивнул я брюнетке, поднимаясь со скамьи. Пора было и мне принять участие в жеребьёвке. Сколько можно было уже ждать? Раз всё упирается в удачу, то я никоим образом не могу повлиять на итог. Даже при всём желании. Когда же я был готов влиться в толпу Стратегов, тонкие пальчики схватили меня за рукав.
— Постой, — едва слышно произнесла Дубова. Ее зелёные глаза уставились на меня. — Ты так и уйдешь?
— А что не так?
— То есть ты подсел ко мне, походя нарушив все правила приличий, вмешался в дрязги высшей аристократии, говорил мне всякие глупости и даже заставил рассказать обо всех собравшихся Стратегах… И после этого просто так возьмёшь и уйдешь?
— Таков был план, — признался я, сохраняя полуулыбку на губах.
Дубова же и не думала меня отпускать, требовательно сверля взглядом. Поняв, что я не собираюсь предпринимать что-либо, она, тихо вздохнув, прошептала:
— Имя.
— Что?
— Твое имя, — чуть громче произнесла зеленоглазка.
— Разве ты не можешь его узнать, всего лишь активировав Взор? — спросил я. На что брюнетка покачала головой, не сводя с меня глаз.
— Мне голова дана не только для красоты. Полагаться во всем на Взор — всё равно что надеть на себя чужой ошейник.
Говоря проще, Дубова была слишком горда, чтобы использовать Взор Стратега по таким пустякам. Она определенно не искала лёгких путей. И это было…
— Очаровательно, — не смог смолчать я.
— Что? — брюнетка широко распахнула веки.
— Ты просто очаровательна, — широко улыбнулся я, делая полупоклон и протягивая ладонь. — Тогда позвольте представиться как подобает, Владимир Новиков.
— Елена Дубова, — девушка заученным движением подала мне ладошку, над которой я обозначил поцелуй, не касаясь губами. Ну а что, в средневековье я или где?
— Будем знакомы, — напоследок подмигнув ошарашенной Дубовой, я поспешил скрыться в толпе Стратегов. Впившийся в мою спину, точно ледяная игла, взгляд Елены не обещал мне ничего хорошего за совершенную выходку.
Б-р-р-р-р-р!
Очередь медленно, но верно двигалась вперёд. И я сам не заметил, как уже стоял у самой сцены. Передо мной оставался всего один человек. Ничего не предвещало беды. Как вдруг приглушённый голос раздался за моей спиной.
— Я слышал, что удача — это привилегия тех, кто стоит над другими.
Я вздрогнул, но головы не повернул.
— Интересно, правдивы эти слухи или нет, — с напускным беспокойством произнес неизвестный. — Давай посмотрим, насколько ты удачлив, смерд?
Боковым зрением я увидел оранжевый жилет, и этого оказалось достаточно. Прямо за мной стоял Мартин Щербатов, тот самый «индюк». Не потребовалось много времени, чтобы отыскать и Краснова, косящегося в нашу с Мартином сторону. С чего бы это?
Командирский дом окрасили жёлтые искры. Последний человек передо мной получил свою деревню. Теперь остался только я.
Чувство неправильности снова дало о себе знать. Я осматривался по сторонам, пытаясь найти подсказки. Меня и вправду ждёт гадость? Или это не более чем паранойя? Инстинкты кричали, что дело нечисто. И я был склонен им поверить, как делал это не раз и не два за свою долгую карьеру управленца.