Йорик возмущенно набрал воздуха, а потом слова из него полились потоком.
Как выяснилось, главным материалом в деревне Дальняя было дерево. Из дерева здесь строили дома, из него же делали всю мебель и домашнюю утварь. Даже посуда была деревянной. При этом переселенцы прибывали сюда без всякого имущества с одним узелком за плечами. Каждому требовалось всё новое. А работать по дереву кому? Правильно, плотнику!
Выхода из этой ситуации я пока не видел, но мысленно поставил её в список вопросов, которые надо обсудить со старостой. Похоже, плотник был одним из «бутылочных горлышек», которые могут сильно затормозить развитие.
— Рад был нашему знакомству, — я протянул руку старику, выслушав все жалобы до конца.
— Пока рано говорить рад я или нет, но я надеюсь, что вы исполните мою просьбу, Стратег, — ответил мне крепким рукопожатием Йорик.
— Обязательно переговорю со старостой.
На этом, собственно, мои похождения по деревне подошли к концу.
С Василисой мы простились достаточно быстро — рядом с ней некий «Лёня» отказывался соображать и вообще как-либо идти на контакт. Так что в мой новый дом мы возвращались исключительно мужской компанией. Потеряв главный отвлекающий фактор из поля зрения, Лёня хоть и неуклюже, но занялся починкой двери.
Первым делом он осмотрел дверной проём и остатки старых креплений. Никакого металла. Всё было деревянным: и сама дверь, и косяк, и те детали, на которых она раньше держалась. Леонид присел рядом с дверью, опустил на пол холщовый мешок на лямке, с которым он пришел, и достал из него какой-то инструмент, похожий одновременно на топор и стамеску.
Несколькими уверенными движениями он срезал остатки сломанного крепления. Силы у парня было ого-го! Затем он сменил инструмент на другой — что-то вроде толстого металлического клина с рукоятью — и начал вырезать древесину в косяке. Зазвучал ритмичный сухой стук. Светлая стружка полетела на пол.
Я невольно сравнил происходящее с современным ремонтом. Человек из двадцать первого века достал бы сейчас шуруповёрт, купил готовые петли в магазине и закончил работу за полчаса. И для этого не требовалось обладать какими-то особыми навыками. Достаточно иметь голову на плечах.
Здесь же всё приходилось делать вручную. Рядом с Леонидом уже лежали две новые детали из дерева. Судя по всему, парень изготовил их заранее. То ли предчувствуя, что дверь в Тереме Стратега долго не выдержит, то ли имея болванку «про запас». Каждая деталь состояла из двух частей, которые должны были соединяться деревянным штырем. Леонид несколько раз прикладывал заготовки к косяку, снимал их, что-то подрезал и снова примерял. Работал суетливо, но вполне уверенно, словно заранее видел результат. Сейчас он производил совершенно другое впечатление, нежели на улице. Передо мной был хоть и неуклюжий, но подмастерье плотника. А это что-то да значит!
Когда первая деталь была готова, он закрепил её деревянными штырями. Никаких вам гвоздей. Просто вставлял гладкие колышки в отверстия и забивал их тяжёлой деревянной колотушкой. Хотя мне казалось, что Лёня мог бы их вбить и голыми руками. Достаточно было лишь кулак сжать.
Потом настала очередь самой двери.
Я уже представлял ее вес, а потому думал, что нам вдвоем придется изрядно так напрячься, чтобы повесить ее обратно на петли. Но Лёня попросил лишь помочь придержать дверь, пока он будет мерить уровень. Я помог приподнять её край, пока юный плотник подсовывал под низ короткое полено, чтобы выставить нужную высоту.
— Держите ровнее, господин Стратег, — коротко бросил он.
И куда, спрашивается, делось всё стеснение?
Я вцепился в край двери обеими руками. Доски были шероховатыми, пахли смолой и старым деревом.
Лёня тем временем закрепил вторую часть крепления и внимательно посмотрел на результат. После этого мы вместе подняли дверь. Хотя скорее это Леонид приподнял меня с дверью.
Он направил верхнюю часть крепления в нужное место, затем достал длинный деревянный стержень и начал осторожно проталкивать его сверху вниз через обе части крепления. Раздался негромкий стук. Потом ещё один.
Штырь вошёл до конца. Лёня отпустил дверь. То же сделал и я.
Та осталась висеть в проёме. Несколько секунд я ждал, что она снова рухнет на пол. Но ничего не произошло. Леонид открыл её. Закрыл. Снова открыл.
Дверь двигалась плавно, лишь слегка поскрипывая.
Я поймал себя на мысли, что только что увидел полноценный ремонт без единого шурупа, гвоздя или металлической детали. Всё держалось на дереве, чутком глазомере и божьей помощи.