Куда дороже стоила информация. Возница за столом и за горячим ужином непременно расскажет, откуда и куда идёт, что везёт и к какому сроку.
Такой человек будет болтать без остановки, рассказывая обо всех слухах в дороге и о том, что видел по пути. А если к такому болтуну ещё и подсадить внимательно слушающего и мотающего на ус собеседника, то всё, вся информация окажется уже через час на столе перед Красновым.
Нельзя было забывать и о гонцах и письмах, что они везут. На Земле было немало примеров в истории, когда одна сторона беззастенчиво вскрывала письма другой, оставаясь незамеченной. А что же здесь, в мире, полном магии? Не говорите мне, что здесь не найдется ни одного артефакта, способного изучить содержимое конверта, не потревожив посланника?
Нет, инициатива Краснова мне решительно не нравилась.
Через месяц он уже будет знать всё и обо всех — кто чем торгует, кто с кем в ссоре, а кто пытается сформировать союз.
Все эти ответы княжеский бастард получит даже раньше воеводы, потому что до острога-то ещё надо будет доехать. Да, всего за пару-тройку дней, если поспешить, но даже столь небольшая заминка в решающий момент может сыграть большую роль.
— Андрей не просто строит трактир, — произнёс я вслух. — Он строит полноценный хаб.
— Что?
— Транспортный узел, — поправился я.
Кристина внимательно на меня посмотрела. Она явно поняла, что я имел в виду, но решила не показывать этого.
— Можете пояснить, что вы имеете в виду?
— Сейчас Краснов просто заманивает проходящие мимо караваны, — ответил я. — Но это лишь начало. Уже завтра он будет скупать у этих караванов всё самое ценное, оставляя своим конкурентам лишь жалкие огрызки.
В памяти всплыли жалобы Голубцова о том, что деревни на «артериях» скупали мастеровых ещё до того, как те успевали доехать до Стратегов на окраинах.
А чем больше мастеровых скупит Краснов, тем быстрее будет расти его поселение и тем больше внимания он начнет к себе привлекать. Всё больше и больше караванов станут у него останавливаться.
В какой-то момент это станет нормой. И вот тогда у нас начнутся настоящие проблемы.
— Через месяц-другой Краснов сможет решать, кому дать ночлег, а кому нет. Он будет определять, чью телегу починят за день, а чью за неделю, оправдывая это «большой очередью». Он будет продавливать свои интересы вперёд других и никто не сможет сказать ему и слова против.
— Вы говорите страшные вещи.
— Я озвучил лишь то, что думаю.
Пока Рагнар вел войну открытую, Андрей задумал войну торговую. Подобно клещу он впивался в логистику региона, подминая под себя снабжение Рубежа. Сейчас это было не так явно, но уже вскоре остальные Стратеги ощутят этот невидимый поводок, что на них пытаются накинуть.
Кто-то начнет сопротивляться, но кто-то, как Пётр Ольхин, может и смириться. И вот тогда противостояние выйдет на совершенно иной уровень.
— Вы сейчас словно решаете шахматную партию у себя в голове, — вставила Кристина, разглядывая меня с любопытством. — Может, поделитесь, к чему пришли?
Здесь тоже существуют шахматы, подумал я про себя. Что неудивительно при исключительном сходстве этого мира и моего прежнего.
— Больно складно все получается, — проговорил я вслух. — Будто бы Краснов не как все мы, только-только прибыл на Рубеж, а уже имеет план на несколько ходов вперед.
— Я поймала себя на той же мысли, — согласилась Кристина. — И не скажу, что мне это нравится.
Меня не оставляло чувство, будто бы весь этот план выглядел слишком аккуратным для княжеского бастарда. Слишком дотошным, слишком… продуманным.
Хотите сказать, что высокомерный юнец, готовый вспылить лишь из-за нескольких слов, брошенных в его адрес, придумал нечто такое? Я бы больше поверил в то, что стажёр-бухгалтер в одиночку свёл квартальный отчет для всего министерства.
Конечно, чисто формально он мог это сделать, но вот в реальности? Ни за что. Мало того, что опыта не хватит. Такое просто не поручат одному человеку.
Вот и из-за спины Краснова сейчас просматривались чьи-то уж больно длинные уши. Понять бы ещё чьи. То есть понятно, что родительские. Но родитель далеко, а воплощать план нужно здесь. Если Кристине дали в дорогу слугу-стрелка, то не удивлюсь, что с Красновым в качестве неприметного спутника прибыл советник.
Отметив эту деталь в голове, я решил перейти к другим вопросам.
— Слышно ли что-то ещё на Рубеже?
— А то ж! — отозвалась Кристина. — Регина Рурская, ваша знакомая, умудрилась с кем-то заключить союз. Подробностей я не знаю, врать не стану.