Перед тем как попрощаться, я привлек к себе внимание Чемоданова.
— Вас заинтересовало что-то ещё, господин Стратег?
— Нет-нет, господин Чемоданов. С покупками я на сегодня закончил. Я лишь хотел озвучить свои мысли. Ничего более.
— О? — удивлённо моргнул караванщик, не понимая, к чему я клоню.
— Скажем, наша деревня была бы крайне признательна любому доброму человеку, что нашел бы для нас недостающих мастеровых людей. Кузнецов там, кожевников, а может, и плотников ещё каких в придачу, — сохраняя улыбку, продолжил я.
— Говорите, деревня была бы признательна? — понимающе кивнул усач.
— Вы не представляете насколько, — подтвердил я. — Уверен, человек, что смог бы разрешить наше затруднение, получил бы в несколько раз больше червонцев за каждого такого умельца.
— Тогда я буду молить великую магию, чтобы она привела к вашему порогу такого благодетеля, — склонил голову Чемоданов.
Имя: Николай Чемоданов
Отношение: алчность
Применив Взор, я понял, что мои слова достигли цели.
— Рассчитываю на вас, господин Чемоданов, — улыбнулся я. — И у меня будет ещё один вопрос.
— Какой же? — торговец внимательно ловил каждое мое слово.
— А как нам узнать наше место в рейтинге Стратегов? — произнес я. — Мы же должны соревноваться меж собой по заработку червонцев. Но как понять, в конце ты находишься или на самой вершине? Неужели нас оставят в неведение до конца третьего месяца?
— О, можете не переживать об этом, — отмахнулся усач. — Как только последний караван вернётся в острог и доложит о проведенных сделках, по всему Рубежу разошлют гонцов. Полагаю, к вам гонец должен будет приехать через полторы-две недели.
Я прикинул, что это будет примерно середина обозначенного нам срока на первый этап Испытания. То есть у нас будет всего одна возможность узнать наше место в общем зачёте? Не сказать, что я был рад этому, но лучше так, чем никак.
Мы попрощались с мужчиной, и караван отправился в обратный путь. Я же двинул обратно в деревню. Дальняя гудела от того, что ее численность удвоилась всего за одно утро. Новички не знали, куда себя деть, как быть и как себя следовало вести. «Старожилы» же с улыбками смотрели на эту взволнованную и нервничающую толпу, вспоминая свои первые деньки на Рубеже.
Покачав головой, я вышел вперёд, громко хлопая в ладоши и привлекая к себе внимание.
Впереди ждало много работы. Но от этого становилось только интереснее!
Первые дни ушли у новоприбывших по большей части на адаптацию. Крестьяне знакомились между собой, узнавали, кто в Дальней обладал авторитетом и кто за что отвечает. Во многом помогал Лаврентий, который уже мог ходить и стал этаким куратором, которого можно было спросить о чем угодно.
Большая часть рабочих рук была брошена на постройку новых срубов, потому что их опять оказалось недостаточно. Кратно увеличился и отряд добычи. Заготовка дуба протекала уже без моего участия и пригляда.
Помимо прочего потребовалось отослать людей и на добычу глины. Зачем? А потому что у нас теперь был собственный гончар. Звали его Олег. Седой, с лицом, испещренным глубокими морщинами, и вечно чем-то недовольный.
Удивительно, но они с Лёхой быстро нашли друг с другом общий язык. Олег вечно о чем-то ворчал, а Лёха слушал и согласно кивал. Им двоим я поставил задачу — обеспечить всю деревню глиняной посудой: теми же тарелками, кувшинами, кружками и всем потребным.
Олег ворчал, что он толком не знает, как лепить из глины, ведь раньше он делал только свистульки, но я убедил его попробовать. Надеюсь, в ближайшие дни уже появится какой-то результат. Потенциал врать не будет.
Неожиданной для всех, в том числе и для меня, проблемой стало питание жителей в общей столовой. Раньше-то, когда ртов было не больше тридцати, общая кормёжка не казалась чем-то страшным. Но вот теперь, когда численность деревни достигла отметки в семь с лишком десятков голов, наши поварихи осознали, что не справляются с нахлынувшей нагрузкой.
Резко стало не хватать столов, посуды и лавок, чтобы тупо сесть во время приема пищи. Хорошо хоть купленной у каравана ткани оказалось достаточно, чтобы прикрыть людей от непогоды.
Из-за чего мне потребовалось разделить деревню на две группы, которые будут питаться отдельно друг от друга. Это было, конечно, временное решение, но на первое время сойдёт и так.
Не обошлось и без ворчания. Один из новеньких, обгоревший на солнце детина, буркнул себе под нос что-то про «скоро кормить будут как собак». Я развернулся к нему и посмотрел в глаза.