Мы не дали им столь необходимого времени на осмысление происходящего.
— Получай, паскуда! — кричали крестьяне, принявшись отрабатывать дубинами по лежащим на земле мутантам. Клюворезы активно работали своими когтями и острыми клювами, разрезая сети на части. Но это освобождение всё равно требовало времени. Которого у них просто не было.
Удары от жителей Дальней летели один за другим, выбивая весь дух и жалобный писк из некогда грозных мутантов. Теперь они совсем не походили на грозу всего живого.
В это же время очухалась стая над нами — Клюворезы вновь закружились в черный водоворот, пытаясь спутать нам все карты и укрыться в черном дыму.
Только тогда у них появится шанс вызволить своих недалёких собратьев и воздать нам за произошедшее непотребство.
Вот только мы не собирались стоять и бездумно смотреть на действия врагов.
— Поджигай! — скомандовал я своим.
Сразу же в заготовленные тут и там стоги сена полетели шустро зажжённые факелы. Пламя жадно схватило сено, деревяшки и животный жир. И хоть костры разгорелись не сразу, но вот дыма было ого-го!
Клюворезы от такого аж глаза выпучили. В их слаженный механизм вдруг вмешалась совсем ненужная им стихия. Стая продолжала кружить над полем, собирая в себя дым, как огромный вентилятор. Вот только сквозь него не видели теперь ни сами мутанты, ни их пернатые собратья поменьше. Последние так и вовсе, надышавшись угарного газа, стали падать на землю клювом вниз.
Кто-то ещё пытался взмыть в воздух, но получалось это у воронья не так чтобы успешно. Выглядели эти попытки, точно ходьба пьяного вусмерть моряка — шатает из стороны в сторону, как при самой сильной качке.
Крестьяне столь удачного шанса отомстить за недели нервного ожидания упускать не стали. Ещё недавно вороны чувствовали себя хозяевами положения — нагло прилетали, жрали семена, совершенно не заботясь о том, что будет ждать Дальнюю после такого. Теперь же добыча и охотник поменялись местами.
Но всё это происходило на периферии. Главное же противостояние развернулось между нашим отрядом обороны и ещё держащимися в воздухе Клюворезами. В отличие от простых птичек, мутанты оказались не столь подвержены дыму от костров. Да, они не могли теперь видеть происходящее внизу, но они же и не задыхались, камнем падая на поле.
Вместо этого Клюворезы прибегли к своей прежней тактике — они стали пикировать нам на головы. Вот только в этот раз видимость была слегка подпорчена…
А потому и результат стал не тем, что прежде.
Бах.
Вот Клюворез нырнул к земле, уже расправил крылья, чтобы злобно поглазеть на своего врага, да только уже в следующую секунду получил остриём копья в свою тушку.
— Первый пошел! — воскликнул я, тут же ныряя за плечо Лаврентия. Когти нового мутанта процарапали поверхность щита, оставляя на том глубокие порезы.
Лаврентий покачнулся, вес заваливающегося на щит мутанта оказался для него чрезмерным. Я перехватил острием копья тушку раньше, чем старик осел на колено.
Пернатые гады больше не могли держаться над нашими головами и выбирать удачный момент для атаки. Теперь они были вынуждены опускаться на наш уровень. Где уже мы могли показать им, где раки зимуют.
К нам снижались всё новые и новые Клюворезы — один, пять, десять. Их становилось только больше. Но столь же быстро они и выбывали из боя, встретив наши копья.
Несколько мутантов было устремились к жителям деревни, что мутузили воронье в сетях, но их вовремя прикрыл Ростислав с охотниками.
Новые стрелы из туманного оперения били метко и прямо в цель. Магия, не иначе! Хотя магия тут и была заключена, да.
Битва с Клюворезами как-то незаметно перетекла в планомерное перемалывание сил вороньей стаи. Мы без остановки сбивали одну птицу за другой, не давая тем и мгновения, чтобы опомниться.
В отблесках костров было прекрасно видно очертания мутантов. Даже их волшебный дым не сильно менял ситуацию. А если кто-то из копейщиков и промазывал, то вот второй всегда находил свою цель.
Вскоре с земли стали подниматься некогда павшие Клюворезы. Пойманных птиц было слишком много, а магические твари оказались больно сообразительны, разрывая клювами хрупкие сети.
Однако рано они обрадовались. На такой случай у нас уже был припасён козырь.
— Врешь, не уйдешь! — воскликнул Петр, изо всех сил бросая новую сеть с грузилами поверх уже имеющихся.
Клюворез успел только ошарашенно поднять клюв, как его вновь придавило к земле, а крестьяне продолжили измываться над треклятым существом.