— Я очень рада, что вам удалось использовать мои способности для настоящего боя. — призналась гладиатрикс. — Мне довелось ощутить себя… воином, а не игрушкой.
Дальше она еще много говорила о нашем бое против Яхсада, но ни слова о событиях после. Не удивлюсь, если в каких-нибудь имперских хрониках по итогам запишут, что весь магический кошмар шаддинцы сами на себя навлекли своим колдовством. Повторится история с Геором и ко. Такой вот у нас есть забавный стратег Михаир. Куда ни придет — враги тут же самоуничтожатся каким-то вредоносным колдовством. Просто череда совпадений и магических самоубийство на свежем воздухе. Иронично еще то, что после всех моих колдовских шашней, разбираться с сенаторами мне придется из-за погрома в городке. Ладно. Где наша не пропадала? Много уже где пропадала, но все никак до конца не пропадет. Из всего Сейд-Нирамского отряда про огонь с небес спросил только Аркетар. Он поинтересовался, что за богов подземного мира я призвал, чтобы уничтожить врагов.
— Да есть одна древняя штука на Севере. — ответил я. — Но, очень надеюсь, что больше не придется призывать ее и пользоваться этой силой в таком масштабе. Ведь можно случайно уничтожить не только врагов. Это опасная сущность. Разрушительная и безумная. Даже разум стратега с трудом переносит столкновения с ней. Именно поэтому мне пришлось так долго отсутствовать. Нужно было восстановиться.
Предостережение подействовало, и цестинец не стал интересоваться как вступить в ряды почитающих Сердце.
Через пару ночей меня снова посетили Чужие Сны. Ситуация с легионом уже была понятна, поэтому я выбрал Луну. Глянем, жива ли еще она.
Видение погрузило меня во мрак, который не спешил рассеиваться. Однако восприятие Луны превосходило стандартные пять чувств обычного человека. Электрорецепция и обоняние позволяли ей ощущать близость воды. Изредка с высокого потолка срывались капли соленой влаги, теряющиеся среди потрескавшихся камней пола. А еще здесь пахло смертью. Не свежей, кровавой гибелью, которая вызвала у полукровки скорее аппетит, чем страх, но тяжелым, затхлым могильным духом, противным почти всему живому. Луна недовольно ворчала, пытаясь разогнуть массивные звенья цепи, которой ее за лодыжку приковали к монолитной стене. То и дело она прерывалась, прислушиваясь и принюхиваясь. С каждой минутой это место внушало полукровке все большую тревогу.
— Покажись! — оскалив зубы крикнула она в темноту. — Подойди и я вырву твою печень!
Издав эту угрозу, она съежилась, тяжело дыша. Страх? Это место пугало ведьму. Она не боялась врагов из плоти и крови, но суеверный разум дикарки ощущал здесь присутствие чего-то вне телесного существования. Где-то рядом была вода, сверху из вентиляции дул ветер, но ни единой капли стихийной энергии не удавалось накопить ведьме. Это место не отдавало силу, а напротив забирало ее из тела полукровки. Капля за каплей, крупица за крупицей. Луна схватилась за шею, ощупывая кожу. Ей на мгновение показалось, что невесомые черные руки стискивают ее горло.
Эти Чужие Сны отличались от предыдущих. Причиной тому было то, что Луна потеряла счет времени. В темноте и давящей тишине она не понимала проходит секунда, минута или час. Время стало чем-то иллюзорным. Настоящими здесь были только выщербленные камни, тяжелая цепь и дыхание смерти.
Но затем раздались шаги. Под дверью вспыхнула полоска света, и запах живых людей прорезался сквозь могильный смрад. Это был знакомый Кровавой Луне запах. Глухо лязгнул засов, дверь отварилась. На пороге оказались двое мне уже знакомых персонажей. Первым зашел трехрукий колдун, высокая фигура которого едва протиснулась в дверь. Чародей освещал себе путь обычным масляным фонарем и посоха при нем не было. За ним вошла невысокая девушка. Это была Орина.
— Я тебя помню… — хрипло просипела Луна, сжимая кулаки.
— Вот и хорошо. — холодным тоном ответила девушка. — Не придется ничего объяснять.
— Контроль на ней? — странным, гулким голосом спросил колдун.
Слова звучали будто из глубокого колодца.
— Да, Хаямано. Она все еще в его армии, а значит Миахир выжил. — ответила чародею Орина, а затем обратилась к Луне. — Разорви свою клятву. Произнеси и пожелай больше не быть частью его армии.
— Или что?
Вопрос этот был риторическим, и задала его Луна просто из вечного своего стремления всем перечить. Когда люди, заточившие тебя в темницу, выдвигают требования, то у них в запасе обычно много "или что". Обычно все это связано с недобровольными БДСМ сессиями, где очень не сразу реагируют на стоп-слова.