— Да, — кивнула Орина. — Я все это понимаю, но… Разве обязательно выходить замуж?
— Конечно, — вполне серьезно ответил я. — Это же один из важнейших и крепчайших союзов, который только возможен между людьми. Он важен для имперских порядков. Ты сразу обретешь иной статус. Мы постараемся это организовать так, чтобы сложно было подкопаться. Конечно, в Империи знатные женщины и война не очень совместимы, но всегда можно как-то вырулить. Ты стратег. Избранница Клепсиды. Само наличие дара даёт тебе право им пользоваться. Как бы не скрипели старики типа Карра, но божественная воля — крепчайший гарант твоих прав.
Я старался быть убедителен, а Орина слушала внимательно. Однако, мне казалось, что какое-то решение она уже приняла. И сейчас все мои аргументы были словно легкие снаряды, отскакивающие от каменной стены цитадели. Я сделал паузу, ожидая ее слов.
— Позвольте спросить… — осторожно начала девушка, стараясь избегать моего взгляда.
— Позволяю.
— Как сам Ноций относится к нашему возможному союзу?
Как относится? Вопрос резонный. Пока никак не относится. Он ещё е в курсе грядущего счастья, но блин… Не думаю, что Ноций упустит такой шанс. Иначе ему рано или поздно придётся жениться на обычной дочери патрицианского рода, которую он, дай боги, будет видеть пару месяцев в году и с которой ему придётся соблюдать огромную осторожность, чтобы случайно не покалечить ее на супружеском ложе.
— Пока не говорил с ним на эту тему, — честно ответил я.
Конечно, по имперским традициям слово отца должно быть законом относительно вопросов брака. Они тут за редким исключением политические. Однако мне нужен не просто стандартный брак, где супруги друг друга терпят. Нет. Я хочу, чтобы Ноций и Орина защищали друг друга. Вместе давали бой опасностям, что как стервятники вечно кружат над головами людей с великой судьбой.
— Завтра утром поговорю с ним об этом.
— Тогда… буду ждать вашего решения и приму его. Когда я приносила клятву, то вы также обещали проявить ко мне уважение. Обещание сдержано. То, что вы предлагаете — скорее честь, чем бремя, но… — девушка бодро начала, запнувшись в конце, и после секунды молчания добавила. — Очень хотелось бы знать мнение самого Ноция.
— Это я обеспечу. Будь уверена.
Последний мой разговор с сыном прошел не очень гладко. Все свелось к теме освобождения его матери, на которое я пока был не готов пойти. Надеюсь, перспектива женитьбы ему понравится гораздо больше.
Разговор состоялся следующим утром. Начал я издалека, но стремительным маневром перешел к главному вопросу.
— Ты с каждым днем все лучше понимаешь людей, — произнёс я. — Однако значительная часть их жизни от тебя все ещё скрыта. Военные дела, походы, сражения — в них участвуют немногие. Большая часть людей живёт иначе. Ты задумывался об этом?
— Да, — кивнул парень. — Они сидят в домах. Живут на одном месте по долгу. Строят города или деревни. Распахивают поля. Кормят гусей и кур.
— В общих чертах верно, — согласился я. — Они живут. В этом маленьком слове столько значения, что и целого дня не хватит для полного разъяснения. Люди едят, работают, развлекаются, создают семьи и заводят детей. Кстати, об этом. Ты не думал, что сам когда-нибудь будешь женат?
— Не-а.
Тяжёлый случай.
— А почему так? — осторожно уточнил я.
— Ну… Думал мы так не делаем, — пожал плечами Ноций. — Они там в городах женятся, а у нас походы, бои, чудовища всякие. Такая жизнь.
— Верно. Однако многие легионеры надеяться создать семью после службы, а для командного состава типа нас есть серьезные исключения. Ты мог бы вступить в брак. Тебе это даже рекомендуется, как отпрыску знатной фамилии.
— Точно надо? — покосился на меня парень.
Его янтарного оттенка глаза выражали подозрительное сомнение.