— Э-э-э-э… Я тебя знаю?
Сиделец злобно усмехнулся:
— Ну конечно. Где же любимчику Ирвинга и лучшему ученику запоминать какого-то там эльфа? Я уверен, что я для тебя и на лицо-то не отличаюсь, — я же не покраснел? Надеюсь, что нет. — Все вы, шемлены, одинаковые.
— Кхм. Вообще-то, называть людей шемленами — привилегия долийцев.
Эльф фыркнул:
— А я и был долийцем. Пока Хранитель не выбрал себе Первую, а меня, как обладающего магией, но не пригодного, по его мнению, для становления Первым, выкинули на мороз! Мне было девять!!! Тупые уроды со своими ублюдскими понятиями! Я ещё поквитаюсь с этим ублюдком!!!
Я хмыкнул:
— Ну, на текущий момент, ты не способен не то, что поквитаться с кем бы то ни было, но даже из камеры выйти. А ещё ты так и не представился. Меня, я так понимаю, ты знаешь, а вот я тебя, к своему стыду, вспомнить и правда не могу.
— Зачем это тебе, шемлен? Думаешь, проявив манеры, которые у тебя вдруг появились, по отношению к эльфу — и он тут же станет твоим другом? Или изложит всё, что только ты захочешь услышать?
— Какой-то ты агрессивный.
— А у меня нет на это причин?
— Ну, как минимум, я могу вытащить тебя из этой клетки. Или оставить здесь гнить…
Эльф вновь скривился, но прежде, чем он открыл рот для ответа, в разговор вмешалась Лина:
— Ты назвал меня рабыней? Почему? Неужели наш народ, твой народ, так далёк тебе?
— Наш народ? Мой народ? Очнись! Нет никакого нашего народа! Есть лишь кучка жалких глупцов, что носятся по всему свету, надеясь найти утраченное прошлое и такая же кучка бесхребетных слизней, которые боятся лишний раз голову поднять в присутствии шемленов! И с каждым годом первая кучка всё меньше, а вторая всё бесхребетней! Что же касается тебя… Эта фигня на твоём лице. Знаешь, что она означает, а? Твоя любимая Хранительница сказала тебе, когда наносила это на лицо, что она клеймит тебя рабыней Митал? Что она посвящает всё твоё существование древней дохлой богине⁈
— Что… Что ты такое говоришь⁈
— Значит, не сказала. Гоняетесь за древним знанием, а базовые вещи вам не известны. Кто вы после этого, как не глупцы? Валласлин — это признак и метка раба. Так в Арлатане знатные эльфы отмечали свою собственность. Ты уж извини, но что за дом тобой владел — я не скажу. Просто не знаю. Списка знатных домов я найти как-то не сумел.
Эльф сплюнул под ноги округлившей глаза и отшатнувшейся от него Лине. Каллиан подхватила подругу, злобно прожигая сидельца глазами, и отвела в сторонку. Эльф же снова вернулся взглядом ко мне:
— Что теперь, шемлен? Будешь уговаривать назваться?
— Нет. Нахер ты мне не сдался. Оставлю тебя тут гнить, а сам попрусь решать ту кашу, что ты тут наварил. Или, скорее, разгребать твоё дерьмо. Ты же об этом мечтал — чтобы шемлен за тобой дерьмо поубирал, а?
Эльф аж задохнулся от возмущения:
— Да… Да… Да схернали ты решил, что я тут в чём-то виноват? Или что, кроме эльфов, вину больше сложить не на кого⁈
— Не эльфов, а одного конкретного эльфа. Да ещё и придурочной истерички.
Эльф сжал прутья решётки так, что аж костяшки побелели, затем глубоко вдохнул и выдохнул:
— Будь у меня хоть немного магии…
— И что бы ты сделал? Сбежал? Или сдох как «герой», метнув меня крохотный фаербол? Не думаю, что я просто так тебя не помню — едва ли ты выделялся своим магическим талантом или прилежанием в учёбе. Ещё бы, чего иного ждать от настолько тупого и агрессивного эльфа, как ты? Не уверен, что ты можешь даже читать…
— Именно потому, что я читать не умею, я и знаю ту историю, которая не известна даже долийцам?
Голос эльфа слегка изменился — лишний яд из него пропал, вместо него послышалась усталость. Но и меня он уесть, конечно сумел…
— Откуда, кстати, тебе это известно?
— Ты мало общался с Финном. Он, хоть и шемлен, может подсказать где в нашей библиотеке можно найти не только разрешённую литературу, но и древние тевинтерские тексты. Пусть в них лишь история, но история и эльфийского народа. Ими никто не интересуется, никто не исследует и не пишет по ним книги. Никому не интересна история древнего Тевинтера. А они, между прочим, те, кто разрушили древнее королевство Элвенан и снесли так любимый к упоминанию долийцами Арлатан…